Лорд и леди Шервуда. Том 4

Робин вошел в сопровождении Вилла. Марианне сразу бросилась в глаза бледность его лица и медлительность обычно стремительной поступи. Он даже оперся плечом о плечо Вилла, который, встревожившись, заглянул в лицо брата и о чем-то тихо спросил Робина. Тот отрицательно покачал головой и улыбнулся слабой тенью обычной улыбки.

Они еще не заметили Марианну, и она хотела окликнуть их, когда услышала за спиной звук приближающихся шагов. Оглянувшись, Марианна увидела сэра Ричарда. Тот, очевидно, тоже едва успел подняться с постели, разбуженный сообщением о приезде графа Хантингтона.

Шаги сэра Ричарда услышал и Вилл, тут же сжав руку Робина предупреждающим жестом и одновременно обозначив поклон в сторону и Марианны, и сэра Ричарда.

– Миледи! Сэр Ричард!

Марианне опять показалось, что Вилл не просто по-дружески обнял брата, а с заметным усилием удерживает Робина на ногах. Робин тоже соизволил посмотреть в сторону жены и гостя, но Марианна ничего не смогла прочесть в его глазах, которые невозмутимо отразили ее вопросительный и беспокойный взгляд.

– Супруга моя! – поприветствовал Робин Марианну с подчеркнутой учтивостью.

– Лорд мой! – в тон ему отозвалась Марианна, пытаясь понять, что означает необычный вид Робина и беспокойство Вилла, которое не заметил сэр Ричард, но явное для нее, знавшей Вилла не один год. – С вами пожелал встретиться шериф Ноттингемшира.

– Я вижу, – ответил Робин, едва заметным наклоном головы приветствуя гостя. – Чем я обязан вашему визиту, сэр Ричард? И в качестве кого вы посетили Веардрун? Именно так, как вас только что назвала леди Марианна? Шериф Ноттингемшира?

Сэр Ричард тем временем был занят тем, что пытался доискаться причины сдержанной встречи графской четы.

– Сэр Ричард настоятельно хочет знать, где вы провели те дни, что отсутствовали в Веардруне, мой лорд.

– Очевидно, речь идет о тех дня, что прошли после того, как мы с вами расстались? – уточнил Робин.

Марианна с трудом подавила возглас досады, поймав удивленный взгляд сэра Ричарда. Пристально глядя на Марианну, сэр Ричард пришел к выводу, что хоть она и отговорилась незнанием, где муж провел все это время, но, очевидно, что-то знала и умолчала, опечаленная собственным знанием. По-прежнему влюбленный в нее он страстно желал удовлетворить еще больше вспыхнувшее любопытство, но не знал, как это сделать, не преступив границ тактичности.