Мой бывший муж

Когда они вошли, он сразу же ушёл. Они отобрали у меня всё, что нашли ценного в квартире – деньги, драгоценности, ключи от машины… Мне дали короткий срок, чтобы собрать деньги.

Я содрогаюсь всем телом, вспоминая, каким способом ублюдки предложили отсрочить возврат долга на две недели. Предложили стать их куколкой для развлечений в постели. Я отказалась.

Мерзавцы мгновенно сократили срок уплаты долга до трёх дней и ушли, но напоследок выпотрошили всю мягкую мебель, перебили посуду и задушили шнурком моего кота, повесив его тельце на дверной ручке.

– Через три дня они вернулись. К тому сроку я нашла деньги.

Море слёз, часы переживаний, миллионы секунд отчаяния и безысходности…

Но на словах всё укладывается в минуту или около того.

Так просто.

– Я позвонила Вадиму. Рассказала всё. Он помог. Но забрал ребёнка. Вот и всё.

Ринат смеётся. Зло и отчаянно.

– Так просто, Фея?

– Да. Так просто.

Я бы ни за что не позвонила ему, если бы был другой выход. Но выхода не было.

Зато был Вадим – состоятельный и жёсткий, затаивший обиду за то, что я пошла против него и сбежала из дома, с Ринатом, наплевав на учёбу, светлое будущее и состоятельного жениха, которого мне подобрал отчим…

Воспоминания проносятся глазами за считанные мгновения.

Но вслух я сказала всего несколько слов, опуская подробности.

Ринат останавливается напротив меня, словно находит точку опоры.

– У тебя, кроме денег, остались ещё квартира и машина. Зачем продала?

– Я отдала всё, Ринат. Твои дружки выгребли все деньги и драгоценности.

Все. Можно сказать, что я в тот же вечер продала и квартиру, и машину. Задёшево продала. За бесценок! Прости меня, да?

Ринат недоумевающе смотрит на меня. Морщит лоб. Он явно плохо соображает сейчас из-за сильного эмоционального шторма.

А я добиваю его словами:

– Прости за то, что не сохранила нажитое тобой имущество, Ринат. Ты отлежался на дне и вернулся, когда все проблемы растаяли, как дым, а я – вот… – обвела рукой убогую однушку.

 – Живу очень просто, хожу на работу. Изредка вижусь с сыном, когда Вадим позволяет.

– Кто он такой, чтобы решать, когда можно видеться или когда нельзя?! Никто! – злится Ринат.

– Вадим – мой отчим… Тот, кто помог в трудную минуту.

– Не помог! Выставил цену!

– Неподъёмную для тебя? А мне каково, Ринат? Не подумал? Или ты считаешь, что я была рада отдать сына?

Ринат резко подходит ко мне, усмехаясь. В глазах закручивается воронка из ярости и сомнений.