Сопротивляйся, меня заводит!

Неожиданно я отдернул руку, располосованный до кровавых отметин! Мия дернула дверь на себя и захлопнула ее перед моим носом.

Ахренеть!

Что-что она сказала?! В кусты меня отправила, хуем трясти перед случайными прохожими женщинами?! Ах ты ж сучка, Пчелка. Эксгибиционистом меня еще никто не обзывал! Аж в пот прошибло!

Я привалился спиной к стене и достал сигареты. Давно не курил, бросил, но пачку от сигарет при себе постоянно таскал, не в силах был расстаться с привычкой вертеть между пальцев сигаретную пачку! Бросил курить решительно, но сейчас захотел покурить!

Раскрыл пачку, достал из нее антиникотиновую наклейку и шлепнул себе на пресс.

Пожалуй, одной маловато. Надо две… Нет, три… Или вообще, с ног до головы себя облепить! В трусах адское напряжение.

Я знаю, что бабы от меня текут, обламывали редко. Можно сказать, я уже забыл, как звучит решительное «НЕТ!». Обычно бабское «нет» довольно шаткое, больше из желания набить себе цену, и очень скоро превращается в неуверенное «да», а потом в требовательное «Трахни меня! Еще! Еще…»

Сказать, что я оскорбился, значит, ничего не сказать.

Про член вообще молу. Его твердые намерения таранили ширинку брендовых джинсов. Подход нужен? Что ж… Есть над чем подумать! Вот только каждый час промедления обойдется Пчелке в день сексуальной отработки…

Время пошло!

Глава 3

Мия

О боже, что это было?! Как он меня нашел? Но самое главное, зачем он меня нашел?!

– Мия, кто пришел? Почему так холодно?! – запричитала бабушка из спальни.

Наверное, мои счастливые трусики не зря так порвались. После того, как они упали к моим ножкам, перестав быть счастливым талисманом, неприятности навалились со всех сторон. Проблем у меня и так хватало, к ним добавилось увольнение с плохой характеристикой. И, как вишенка на торте, вибратор к чертям сломался.

Мне пришлось обходиться лишь собственными пальчиками. Каюсь, я мастурбировала в ванной, под душем. Но как Маньячелло это понял?! Экстрасенс, что ли?

Я была в глубоком ступоре от того, что он меня нашел! Между ног совершенно некстати снова прилило возбуждение.

От вида нахала, который мало того, что хотел вломиться, так еще и с одного полувзгляда понял, чем я занималась в душе!

Как стыдно…

– Мия… Мия, почему ты молчишь?

Я стиснула зубы и заставила себя отлепиться от стены, пошла на причитания бабушки.

В спальне стоял тяжелый запах лекарств и старости. Такой тяжелый запах начал вытеснять все прочие ароматы дома.