Road show, или Любовь олигарха

– Здесь должна работать одна команда, – нервничая, финансист начинал очень смешно говорить: по-русски строя английские фразы, используя вперемешку русские и английские слова, – мы говорим «тим билдинг», а сами не можем нормально работать!

– Леон, прекрати истерику, хочешь что-либо делать – делай. Не навязывай свое мнение никому другому, – резко одернул коллегу Моисеев. – Повторяю, на сегодня достаточно. Завтра для всех менеджеров занятия с преподавателем из Лондона. Макс, расскажи об этом подробнее!

– С утра со всеми вице-президентами начинает работать приехавший из Лондона специалист по подготовке участников роуд-шоу.

Его зовут Майкл Прайс. Это хороший знак. Нас будет обучать, как заработать прайс, сам господин Прайс.

Максим Степаненко не удержался и тоже расплылся в улыбке. Обстановка, еще несколько минут назад накаленная до предела, мгновенно разрядилась.

Максим воспользовался паузой и закончил деловую часть встречи:

– Прошу внимания! У господина Прайса будут встречи по два часа с каждым вице-президентом отдельно.

И с первым, с кем он хотел бы встретиться, – это с Сергеем Олеговичем в десять часов, завтра. Это нормально для вас, Сергей Олегович?

Несмотря на то что Моисеев и Степаненко были очень близкими друзьями, на людях Максим всегда выдерживал дистанцию, обращаясь к руководителю «Дельта-Стар» по имени-отчеству и на «вы».

– Нет, десять слишком рано. Пусть учеба начнется с Якова, а я буду следующим, – предложил Сергей.

Максим сделал пометки в рабочем дневнике.

Все начали расходиться в надежде хоть немного отдохнуть перед предстоящей тяжелой рабочей неделей.

Яков накинул элегантное пальто и с удовлетворением поймал на себе восхищенный взгляд сотрудниц, находящихся в комнате. Он все еще нравился женщинам, и это по-прежнему нравилось ему, хотя новых романов уже не хотелось. Совсем недавно профессор Рубинин открыл для себя, что наступает в жизни такой период, когда имеющиеся у тебя опыт и знания достигают отпущенного Богом и природой максимума, и все новое становится хорошо забытым старым.

В результате применения совершенного открытия первыми пали амурные отношения. Яков для себя, конечно, обосновал отсутствие целесообразности в романах или романчиках, хотя в глубине души еще надеялся, что вспыхнет на горизонте такая звезда, которая зажжет и его остывшее сердце. Вот и сейчас что-то вспыхнуло в груди и тут же погасло. Это были не звезды, а всего лишь искорки маленьких гаснущих звездочек.