Попаданка в академии магии

Рунология, зельеварение, предсказания, теория и практика магии, левитация – наши предметы на сегодня. И что-то мне подсказывало, что на последнем весь курс, ну, кто туда доползет, будет таким же выжатым, как лимон в чае. Преподы в академии все как один знали свое дело. Симпатии и антипатии? Нет, в аудиториях ничего подобного не было – магия не позволяла. Уж как все это ректор устроил, понятия не имею. Но если адепт отвечал на «отлично», но эту оценку он и получал, вне зависимости от личного отношения к нему препода.

Но и требовали с нас мама не горюй. А самое отвратное для меня, как адепта, было то, что ни на одной паре нельзя поспать или хотя бы подремать. На этот раз за внимательностью адептов следили сами преподы.

В общем, я не удивлялась страшилке про пятикурсников, внезапно разучившихся спать. И мечтала, страстно мечтала найти в этом мире аналог кофе. Потому что чует мое сердце вместе с пятой точкой, тонизирующие напитки нам с Ристой еще не раз пригодятся. Нет, конечно, и здесь имелись тоники, что-то разрешенное, что-то – нет, но все же кофе для меня был привычней.

С этими мыслями я дошагала наконец-то до третьего этажа. Сразу же после ступенек начиналась домотканая дорожка, часто менявшая свой цвет. От чего это зависело, не мог сказать никто. Но сейчас мы с Ристой шли по дорожке красного цвета. Через пару часов она станет желтой, а потом и вовсе голубой.

Триста третья аудитория встретила нас шумом и гамом. Народ, вернувшись с каникул, обменивался впечатлениями, хвастался подарками, демонстрировал обновки.

А главное – общался, заодно налаживая связи для будущей карьеры. Меня подобное поведение не интересовало. Все это я уже прошла на Земле в юности, да и тогда не особо желала знаться с однокурсниками, предпочитая одиночество и зубрежку шумной компании. С той же Ристой я сошлась только потому, что мы жили в одной спальне. Поневоле приходилось общаться.

Риста придерживалась моих взглядов на жизнь, а потому мы уселись за парту у окна, поближе к преподу, достали из сумок учебники, тетради и гортики – местные ручки – и стали ждать.

Минут через пять-семь прозвенел звонок, если так можно выразиться о крике какой-то экзотической птицы, чье наименование я никогда не могла запомнить. Птица кричала громко, пронзительно. Ее можно было услышать даже за пределами учебки. И сразу же дверь в аудиторию отворилась, и зашел дракон. Ну конечно. И почему я ни капли не удивлена? Кто же еще, блин.