Выпускной

И вот я иду по коридору в сторону своего шкафчика и чувствую, что все на меня смотрят. У меня прямо-таки паучье чутье развилось: я знаю, когда они притаились в засаде, когда наблюдают, а когда выжидают.

Если они продолжат бросаться четвертаками, я не против. Но нет, видимо, кто-то научил их, что деньгами разбрасываться негоже, и меня ожидает что-то другое. Все отшатываются от меня, а я продолжаю путь, выверяя каждый шаг.

– Пидараска, – бормочут из толпы.

– Лесбуха, – шипят с другой стороны.

Обидные слова проникают под кожу и завязываются черным узлом, навсегда поселившимся у меня в животе.

Я думала, мне уже плевать, что обо мне говорят, но, видимо, нет. На самом деле мне не нужна их любовь. Оставили бы в покое – уже хорошо. Мне порой кажется, что, живи я в любом другом месте, меня бы и знать никто не знал, просто не замечал бы.

Поднимаю глаза: у нас над головами качаются два красных шарика. Даже не подходя ближе, я понимаю, что они отмечают какое-то место. Ну и что за счастье ждет меня на этот раз?

У нас идет неделя солидарности, и девочки из группы поддержки взялись украсить шкафчики наших спортсменов.

У них там целая наука, как украшать: в ход идут плакаты, шарики, ленты, небольшие навесы из ткани и стразы, шелковые шторки и треугольные флажки на веревочке. И все это подобрано со вкусом, все со всем сочетается – уверена, с такими навыками девчонки в жизни не пропадут.

Но сейчас-то украшен только один шкафчик. И, может, вы удивитесь, но я к спорту не имею никакого отношения.

Голоса смолкают, в коридоре воцаряется зловещая тишина. Почему-то никто не кричит мне вслед «сожги ведьму», неужели за триста лет люди изменились к лучшему? Не знаю. Но точно знаю, что на шкафчик я смотреть не собираюсь, что бы там ни было. Такого удовольствия я им не доставлю, не буду реагировать на их выходку.

Поднимаю подбородок повыше, но смотрю строго прямо и вниз. Наверное, я сейчас напоминаю Горбуна из Нотр-Дама, ну и что с того? Дыши, Эмма, просто дыши.

Иди прямо, шагай, не останавливайся. Пытаюсь вызвать в голове картину золотисто-песчаных пляжей, ну или даже серо-бежевых берегов Индианы-бич.

Представляю, как мы с Алиссой в парке развлечений «Холидей Ворлд» и я держу ее за руку, за маленькую и нежную ладонь; Алисса рядом со мной такая хрупкая и изящная. Она хотела бы, чтобы я кивала и улыбалась, а я не думаю, что могу. Намасте и все такое, я молюсь даже, лишь бы поскорее убраться отсюда к чертям собачьим.