Черный легион

Похоже, что мир устал от красок и разноцветья и пришел к одному цвету, который отныне становился цветом его, Власова, жизни.

«Кейтель, наверное, очень жалел, что не обладает полномочиями заодно посадить под домашний арест и Геббельса», – не отказал себе в удовольствии позлорадствовать Власов. Хоть такую слабость он, в конце концов, мог себе позволить в этой серой беспросветной жизни.

30

Оставив кабинет Фромма, оба генерала прошли по коридору до кабинета Ольбрихта, стараясь не смотреть друг на друга.

Шеи их взбагрились от пота, а лица – от напряжения. Оба чувствовали себя слишком неловко для того, чтобы обмениваться мнениями. И так было ясно, что встреча не удалась.

– Лучше бы он прямо заявил, что трусит, – обиженно проворчал Бек, как только они наконец достигли спасительной двери кабинета заместителя командующего армией резерва. – По крайней мере было бы честно.

Ольбрихт вежливо пропустил его впереди себя, потом решительно направился к своему месту за рабочим столом и лишь тогда почувствовал себя более-менее уверенно.

– Вы доверяете ему, Ольбрихт?

– Пока трудно сказать.

– Но могли бы доверять?

– Это зависит не от меня, а от Фромма, – неохотно объяснил заместитель командующего. – И то, что мы вместе работаем, еще ни о чем не говорит.

– Интересно бы знать его мысли в эти минуты. Не вспоминает ли телефоны своих знакомых из гестапо? Но вы, Ольбрихт, должны решить: доверяете ему или нет.

Сейчас важно только это. Мы не можем вовлекать в операцию «Валькирия» людей, которым заведомо не доверяем. Слишком велика ставка.

– Он потребовал убрать Самого. Причем высказал это требование совершенно ясно. Так давайте исходить из факта.

– Не опасаетесь? – повел головой вокруг себя Бек, показывая, что имеет в виду стены, которые тоже с ушами.

– Проверено. И потом, в этих стенах уже столько всего сказано[17 - Остается неоспоримым историческим фактом, что заговор против Гитлера готовился здесь, в штабе армии резерва, на Бендлерштрассе, 13.

Он же стал и центром, штабом по руководству операцией «Валькирия». Для историков, занимающихся этим заговором, остается загадкой, почему он не был раскрыт еще до покушения. Ведь о нем знало много людей.]. Так вы заметили: генерал Фромм первым поставил вопрос о том, что сначала нужно убрать его, а уж потом решать все остальные вопросы. И согласитесь, что он прав.