Фельдмаршал должен умереть

Судя по всему, Еве Браун не повезло: в Бергхофе этот процесс был налажен строже.

Убедившись, что опасность миновала, Кларета храбро опустошила свою рюмку и, пробормотав: «Лучше бы позаботились о чашке кофе», подняла глаза, чтобы встретиться взглядом со Скорцени.

Меньше всего Отто хотелось сейчас, чтобы её визит завершился любовной сценой или хотя бы интимными намёками на будущую дружбу. При всей несомненной очаровательности Клареты, никаких особых чувств она не вызывала. Во всяком случае, таких, ради которых можно было бы терять голову вместе с портупеей.

– Вы, очевидно, догадываетесь, почему я решилась прийти к вам, господин Скорцени?

– Понятия не имею, – ответил тот, наивно глядя прямо в её бирюзовые глазки. – Но ведь вы объясните, не правда ли?

– Хочу, чтобы как можно скорее уехали отсюда.

Скорцени снисходительно рассмеялся.

– Вас это очень удивит, досточтимая синьора, но я стремлюсь к тому же.

– Причем уехали навсегда.

– Это произойдет завтра же. Или, может быть, настаиваете на немедленном выезде?

– Вы отлично понимаете, что я имею в виду, – молвила Кларета, несколько обиженная тем, что Скорцени даже не пытается установить истинную причину её атаки. – Мы, то есть я и те, кто разделяет мои взгляды, не желаем, чтобы вы когда-либо возвращались сюда.

– За что такая несправедливая жестокость? – рассмеялся обер-диверсант рейха. – Вам не кажется, что это уже похоже на политическое изгнание?

– Впредь вы не должны появляться здесь ни для того, чтобы возглавить службу безопасности Итальянской Фашистской республики, ни для того, чтобы стать командующим карабинёров.

– А что, кто-то решился предположить, что я появлялся только для того, чтобы возглавить одну из названных служб? Кого именно вы имели в виду, когда говорили о людях, разделяющих ваши взгляды? Что это за взгляды такие и кто эти люди? – уточнил Скорцени в откровенно издевательском тоне.

– Да, те, кто разделяет… – глаза Клареты сузились, и в них появился азартный блеск игрока, идущего ва-банк.

«А ведь это не пустая угроза, – понял Скорцени. – Судя по всему, Кларета явилась сюда не только из-за собственных предчувствий». Но вместо того, чтобы тотчас же развеять все подозрения синьоры Петаччи, он решил продолжить этот странный диалог в прежнем духе. Но вовсе не для того, чтобы поиграть ей на нервах.