Солнце мое

Оборачиваюсь и вижу: море сворачивается в одну огромную воронку. Ещё миг, и адская центрифуга увлекает нашу бригантину в своё океаническое жерло, ломает мачты и уносит, будто щепку, в бездонную пропасть. Яхта рассыпается на фрагменты. «Тысячеголовое» корабельное месиво кружится и непрерывно смещается в отверстую черноту. Но вот некая сила выхватывает меня из водной круговерти и сносит в сторону. Постепенно движение замедляется, я погружаюсь в какую-то впадину и касаюсь дна.

Некоторое время лежу бездыханно, как утопленник.

Затем прихожу в себя, поднимаюсь и вижу прямо перед собой огромный трон. Трон весьма уродлив, хотя отдельные его фрагменты – седалище, спинка-вертикаль, подлокотники в форме застывших в надводном прыжке дельфинов – собраны из коралловых рифов розоватых и пепельных оттенков. На троне, свесив по сторонам щупальцы, всевозможные хоботки и кожные наслоения, распласталось морское чудище. Горошины его глаз цвета зелёного изумруда напомнили мне отрешённый взгляд старика в холле бассейна у стойки ресепшн.

– Здесь останешься. Навсегда! – кликнуло чудище ржавым, как затопленный Титаник, голосом.

– Женить его! – послышалось со всех сторон. – Не то сбежит, ей-ей, сбежит!

Чудище отхаркнуло мутную пузырящуюся массу, которая по закону Архимеда (гляди-ка, помню!) тотчас устремился вверх, и буркнуло:

– Согласен. Подать невесту!

Вокруг всё пришло в движение. Не прошло и минуты, как морская нечисть вывела из тины молоденькую русалочку. Худенькая, плечики дрожат, глазки испуганные.

Хвост длиннющий, как утренняя тень.

Наперво подвели девицу к чудищу. Поставили на камешок и давай наряжать. Каких только жемчугов на деву не навесили, какими узорчатыми плавниками не прикрыли милую наготу – краса, да и только! Чудище доволен. Вдруг подтянулся к трону огромный донный краб. Привстал на розовых клешнях и заговорил, шевеля усами:

– Нельзя её. Моя она!

Нахмурилось чудище.

– Почему твоя?

– Я первый на неё глаз положил! – пискнул краб.

 – Нельзя, чтоб ему заместо меня…

Поднялось тогда чудище в рост (рост немалый – глубины не хватает!) да как гаркнет:

– Женить на человеке!

На том и порешили. Кто против силы пойдёт? – Дураков нет. Проводили нас каракатицы, всплакнули, напутствуя: «Сколько проживёте – всё ваше…»

Зажили мы с русалкой – душа в душу. Вместе над чудищем посмеиваемся, вместе о родине дальней плачем – чем не собеседники.

– Откуда ты, милая? – первым делом спросил я её.