Быть Живым

Если я сейчас уйду, то вероятность того, что я снова окажусь на мосту с сигаретой в зубах, весьма велика. Потому что все, что происходит в моей жизни, ужасно тяготит меня. Начиная от отношений с людьми, что меня окружают, заканчивая кредитом на машину, который не дает сделать вздоха. Девушка, которую я любил всем сердцем, уехала от меня, оставив кольцо на журнальном столике. Хозяин квартиры, где я живу последнее время, повысил цену, ссылаясь на инфляцию. Меня уволили с работы, которую я ненавидел с формулировкой – малоэффективен.

И я не знаю, чем ты можешь мне помочь, в решении моих проблем. Но я чувствую, что ты знаешь обо мне больше меня самого.

– Приятно слышать, что в тебе есть рассуждения, несколько большие по значимости, чем рассуждения о еде – ответил он. Хорошо. Что ты хочешь от меня? Зачем ты мне все это рассказал? Чтобы я заплакал?

И из его глаз ручьем потекли слезы. Он плакал навзрыд, опустив голову на ладони, прижавшись к своим коленям.

Скоро под его креслом образовалась небольшая лужа слез.

– Думаю достаточно – сказал он, подняв лицо, улыбающееся во все тридцать два.

Хенаро достал платок с непонятными индейскими символами и демонстративно вытер слезы сначала из одного глаза, потом из второго.

– Андрей, ты должен понимать, что всем глубоко чихать на твои проблемы. Никто и никогда не будет их решить за тебя. Только ты сам. А потому и рассказывать их кому-либо глупо.

Твой собеседник получит лишь тайное удовольствие от того, что все это говно, произошло с тобой, а не с ним. Как получил сейчас и я.

Улыбаясь, он забил трубку табаком из маленькой кожаной сумочки, висевшей на поясе. Встав с кресла и нагнувшись у камина, он зажег лучину о пламя и раскурил трубку, заполнив табачным дымом практически всю комнату. Насладившись ритуалом, он плюхнулся назад в кресло.

– Зачем ты тогда останавливал меня от попытки вернуться домой? – спросил я.

– Потому что мне было бы лень, снова вылавливать тебя из реки – засмеялся он.

– Ты поможешь мне? – напрямую спросил я.

– Вот, уже ближе, Андрей. Это ты и должен был сказать, когда я спросил тебя, зачем ты вернулся. Только я не помогаю, я учу. Учу быть живым.

– Ты научишь меня быть живым?! – закричал я, уже не выдержав этой игры слов.

– Да.