КГБ против СССР. Книга вторая

Он и так уж домой с неохотой меня пускает…

– А договориться со следствием?

– Я тебя потому и позвала. Следствие ведет этот прохиндей, с которым вы вместе недавно в Панаму ездили.

– Колесниченко? Ну так в чем проблема? Скажи мужу, тот вроде в хороших отношениях с Рекунковым, а тот его быстро по служебной вертикали укоротит.

– Если бы все было так просто. Он уже звонил. Рекунков только руками развел – мол, новый человек, никакого еще авторитета, сделать с ним ничего не могу. Он, говорит, самого Руденко не слушал…

– Хм, – задумался разведчик.

 – Не заметил за ним во время служебной командировки такой ретивости. Приказы шефа на лету схватывал.

– Вот и я о том. Он, говорят, Андропова очень уж слушается. Так ты бы того… поговорил со стариком… Замолвил бы за меня словечко, да и дружка своего научил, как следствие по таким делам вести надлежит.

– Поговорить, конечно, можно, – задумался Кеворков.

– Ну…

– Только что мне за это будет?

– А то ты не знаешь, что мне надо?

– Ой, ой, – улыбаясь, замахала руками Брежнева.

 – Какой выискался! Так уж прямо я тебя как женщина привлекаю. Скажи, что через меня к папе хочешь подход найти…

– Галина Леонидовна, – заговорила в собеседнике напускная порядочность, – я все-таки офицер. А значит, поклонник прекрасных дам. И потом – пока ты меня о чем-то просишь, а не я тебя. А?

– Ну, уговорил. И когда ты хочешь?

– Да прямо сейчас.

– С ума сошел? Люди увидят.

– Когда тебя это заботило?..

– Ну, ладно… Давай свое пойло, а то я на таких нервах, что без этого ни о чем думать не могу.

Кеворков протянул ей бутылку, она отхлебнула из горла, посмотрела на него и, притянув к себе, поцеловала. Минуту спустя они перебрались на заднее сиденье, обитое отличной немецкой кожей, и машина заходила ходуном под тяжестью двух сплетающихся тел. Проходящий мимо постовой милиционер услышал только доносящиеся из салона всхлипы, стоны и шлепки, но постучать в стекло не решился – на машине были знакомые всей московской милиции номера.

Только сплюнул под ноги и быстро зашагал в сторону Кремлевской набережной.

Глава тринадцатая

17 декабря 1981 года, 20 час 30 мин, Москва

Знаменитая советская дрессировщица Ирина Бугримова была настоящей звездой цирка. Ее номера с обученными львами были притчей во языцех не только в Союзе, но и за рубежом, куда она часто выезжала, возвращаясь с наградами, призами и, конечно, дефицитными вещами.