КГБ против СССР. Книга вторая

А какая-то часть валюты остается на их приватных счетах в западных банках, открытых инкогнито, без имени.

– Зачем?

– На случай «вынужденного отъезда».

– Почему же вы изначально не поставили меня в курс дела относительно этого?

– Относительно чего? Того, что Брежнева причастна к незаконному обороту бриллиантов? Ты и так об этом знаешь. А что толку-то? Доказательств прямых и достоверных, позволяющих перед Леонидом Ильичом открыто обвинить ее во всех совершенных ею преступлениях, мы все равно не добыли, а обвинять бездоказательно сам знаешь, чем чревато…

– Так и не добудем, пока Чурбанову на горло не наступим и не получим тем самым право вести непредвзятое и открытое следствие!

– Наступим, обещаю.

Действуй. Видишь ли, ограбление ограблением, а вот убийство заслуженной артистки – это уже серьезная заявка. Если сейчас их не остановить, неизвестно еще, что дальше будет. Так что на этот раз, думаю, мы тебе прикрытие сможем достойное обеспечить.

13 декабря, Александровский сад, 21 час 00 мин.

Страсть к красивым и дорогим автомобилям, по всей видимости, передалась Галине Леонидовне от папы. Несмотря на свою пагубную любовь к алкоголю, она практически ни одного дня не проводила вне руля шикарной иномарки. Вот и сегодня на встречу с Кеворковым в самом центре Москвы приехала так, что редкий постовой бы ее не заметил – и по машине, и по нечеткому стилю вождения. Просто, если обычно он был обусловлен обильным возлиянием, то сегодня руки первой леди Союза дрожали от волнения.

Разведчик сел в ее машину, держа в руках откупоренную бутылку виски. По нему было видно, что он немного выпил в ожидании ее, что не могло воодушевить Галину Леонидовну.

– Ты чего? – сходу заорала она. – У нас разговор серьезный, а ты натрескался?!

– Да и от тебя тоже пахнет…

– Скажешь тоже, пахнет. На нервах вся, не знаю, куда деваться.

– Из-за чего?

– Ты про Федорову слышал?

– А то. Жалеешь, что пропали вместе с ее цацками и твои тоже?

– Да это бы черт с ним. Худо, что, кажется, все стрелки на мне сходятся.

– Но ведь ты ее не убивала, чего бояться-то? На, выпей…

– Не убивала, естественно. Но кто в Москве не знает, что последние полгода мы с ней не расставались? И причина нашего общения всем хорошо известна. Не боюсь я того, что меня обвинят в том, чего я не совершала. Боюсь, что все мои приключения всплывут. Представляешь, какой удар по отцу будет? Что ему останется делать? Ему проще откреститься от меня в таком случае.