Дневник отца Антихриста

Примерно через час шеф сказал, что мы свободны, а завтра, как обычно, на работу. Не глядя никому в глаза, я захватил свой рюкзак, тоже тщательно обысканный, и вышел на удивительно свежий воздух. На улице уже ничего не говорило о произошедшей здесь трагедии, лишь на асфальте остался тёмный размытый след от ручейка крови. Это я знал, что от крови, другие могли подумать, что от машинного масла. Или вообще ничего не подумать. Показалось, что кто-то на меня смотрит и улыбается. Я оглянулся, и даже посмотрел на небо, но никого не увидел.

На автопилоте дошёл до дома и начал ощущать себя лишь перед дверью квартиры. Ощутил и аппарат, который по-прежнему находился у меня в штанах. Удивительно, как он не выпал! И только я о нём вспомнил, как вновь почувствовал лёгкую эрекцию… Быстро открыл дверь, достал аппарат и сунул его за книги на полке. И тут на меня навалилась такая слабость от переизбытка эмоций, что не раздеваясь свалился на диван и почти сразу уснул.

И приснилось мне, что я в плотной чёрной темноте ощупью продвигаюсь к открытой балконной двери, которую закрывают шторы. Они колышутся от сквозняка, как зыбкая грань между мирами. Путаясь в них, ступаю на лоджию, где так же темно, и вдруг рукой натыкаюсь на чьё-то мужское мускулистое голое плечо. Откуда человек на моей лоджии, на моём третьем этаже? Я не в силах отвести руку, и плечо тоже не двигается, но чувствовалось, как в нём ритмично пульсировала кровь.

Почему-то знаю, что у этого человека смуглая кожа. Меня охватывает ужас. Пытаюсь другой рукой отвести штору, но опять запутываюсь в ней. Это препятствует моему отступлению или бегству, я обречён быть на лоджии почти вплотную с незнакомцем, который по-прежнему не двигался и молчал. И если сейчас ужас, то что будет, когда он сдвинется с места? Ведь я ничего не вижу, я не смогу даже защититься! И кричу внутрь квартиры: «Мама! Мама!. . Отец!» И вспоминаю, что ни матери, ни отца там нет. Их вообще нет. Уже два года как я один… Понимаю, что мне нет спасения, нет защиты. Что сейчас всё безвозвратно изменится. И проснулся…

Я и подумать не мог, что сон окажется вещим. Что это, может быть, был совсем не сон… Но меня тогда занимал другой вопрос, второстепенный вопрос: я кричал в голос или мысленно? Нет, после реального крика голосовые связки были бы напряжены.