Под неусыпным надзором

Он сидит на зеленом с коричневыми крапинами ковре и вертит в руках рисунок, на котором, по его мнению, изображен хамелеон. Он видит сверкающую огнями рождественскую елку, узорную стеклянную дверь, фанерное окошко для передачи еды из кухни – образы всего того, что вскоре будет потеряно для него навсегда. Доносится треск ломающегося дерева: что-то невидимое, но очень большое медленно кружит по кухне, то и дело задевая дверцы буфета.

Когда Себ просыпается и видит затемненную комнату и горизонтальные полосы света, пробивающиеся сквозь неплотно закрытые жалюзи, он с огромным облегчением вздыхает.

На щеках – дорожки от высохших слез. Он весь мокрый от пота, мускулы окаменели, а разум в смятении от этого странного сна, сразившего его в разгар дня. Но, помимо неприятного осадка после сна, ему не дает покоя кое-что еще. Жуткий звук. Будто отголосок сна.

Лежа на кровати, он не может собраться с мыслями и определить, является ли этот звук частью его кошмара или же его производит какое-то животное за стеной дома, пытаясь попасть внутрь.

В его сознании тут же возникает образ жилистого тела с головой, покрытой грязной мешковиной. Оно, двигаясь, как собака, прижимается к кирпичной стене дома.

Глава 5. Неуверенность

– Я так многого о тебе не знаю, – сказала Бекки, когда они вернулись из ресторана и расположились в гостиной. Еще несколько часов назад они сидели бок о бок, а теперь смотрели друг на друга из разных концов комнаты. Все в очередной раз пошло наперекосяк.

* * *

Бекки приняла неожиданное приглашение Себа и приехала на выходные, высадившись из дневного экспресса в Пейнтоне с маленьким леопардового цвета чемоданом на колесиках.

Увидев его, она не смогла скрыть удивления. Отвыкшее улыбаться лицо, неразговорчивость, безумный, но изможденный вид и зацикленность на собственных мыслях не могли спрятать ни выстиранная и выглаженная рубашка, ни свежевыбритые и обрызганные хорошим лосьоном после бритья щеки.

Себ домчал ее со станции на своей машине.

Это было на девятый день после появления Юэна на пирсе. С тех пор он ни разу не чувствовал себя в безопасности, находясь вне дома. И несмотря на то, что погода была еще лучше прежнего, восхищая всех ярким солнцем и безоблачным небом, он выходил на улицу едва ли раза четыре за все это время.

Он выбирался в магазин только в случае крайней необходимости, и даже тогда чувство, будто опасный хищник наблюдает за ним из-за угла, готовясь к прыжку, не покидало его.