Железный крест

Это факт, такой же неоспоримый, как и факты в книгах по истории. Битва при Гастингсе была в 1066 году, и никто не подвергал этот факт сомнению. Была – значит, была.

Эрик посмотрел на тарелку и с удивлением обнаружил, что она пуста.

– Папа, можно выйти из-за стола?

– Как, ты уже все съел? Вот так номер! Конечно иди. Мы с мамой посидим еще немного.

Поднимаясь по лестнице в свою комнату, он слышал обрывки разговора.

– Надеюсь, Аксель не слишком рискует…

– Гертруд, ты должна прекратить это сюсюканье с Акселем.

Ему девятнадцать лет… и мы должны гордиться, что у нас такой сын…

Эрик закрыл за собой дверь. Бросился на постель и взял из стопки на тумбочке самую верхнюю книгу. Александр Великий. Тоже был не робкого десятка. Как и Аксель…

* * *

– Я хочу сказать, что ты мог бы и поставить меня в известность. Я чувствовала себя полной идиоткой. Она начинает мне рассказывать, что ты гуляешь с Карин…

– Да-да, знаю… – Патрик устало опустил голову.

Весь час, что Кристина просидела на кухне, был пропитан подтекстами, пронзительными взглядами и ядовитыми намеками.

Не успела закрыться за свекровью дверь, Эрика взорвалась.

– Меня вовсе не волнует, что ты встречаешься со своей бывшей женой и с ней прогуливаешься. Я не ревнива, и ты это прекрасно знаешь. Но ты не сказал мне ни слова, вот что приводит меня в бешенство!

– Я понимаю…

– Он понимает! И это все? Никаких объяснений? А я-то думала, у нас нет друг от друга секретов! – Эрика знала, что приближается к опасной границе, но ничего с собой сделать не могла.

Накопившееся раздражение требовало немедленного выхода, и ее несло все дальше. – Я-то думала, мы договорились! Ты смотришь за ребенком, я работаю. Ничего подобного! Мне все время мешают! Ты каждую минуту врываешься в мой кабинет, для тебя это проходная комната, потом ты исчезаешь на два часа, и я, вопреки договору, опять вожусь с Майей! Как же я обходилась весь год без твоей помощи? Или ты думаешь, что у меня была служанка? И я могла уйти из дома, как ты, когда мне вздумается? Мне-то некого было спросить, где малышкины варежки! – Эрика вдруг, словно со стороны, услышала свой срывающийся на визг голос и осеклась.

– Ладно… – произнесла она на три тона ниже. – Я пойду пройдусь.

– Иди. – Патрик напомнил ей черепаху, которая осторожно высовывает голову из панциря, чтобы посмотреть, нет ли опасности. – Прости, что не успел тебе сказать сразу…

– Черт с ним… Только больше так не делай, ладно? – Эрика слабо улыбнулась.