Железный крест

Буря миновала, она уже упрекала себя за глупую вспышку. Сейчас ей нужен был свежий воздух – свежий воздух, и больше ничего.

Она быстро шла по улицам. Туристы разъехались, и Фьельбака выглядела на редкость пустынной, лишь кое-где заметны были следы летней суеты. Городок напоминал гостиную после праздника: недопитые стаканы, серпантин в углу, в кресле уснул перебравший гость в шутовском колпачке. Собственно, Эрика предпочитала этот сезон – лето было для нее слишком утомительным. А сейчас – тишина и покой. Пустынная площадь Ингмара Бергмана… Мария и Матс через несколько дней закроют свой киоск и уедут торговать в Селен, они так делают каждый год.

И это тоже нравилось ей в городке: предсказуемость. Все шло заведенным порядком, из года в год…

Обмениваясь кивками со знакомыми, Эрика поднялась по Галербакен. Она знала во Фьельбаке всех или почти всех, но сейчас у нее не было желания разговаривать – она приветливо поднимала руку и ускоряла шаг. Миновав заправку и быстро шагая по Дингельвеген, она уже знала, куда направляется.

Только сейчас Эрика поняла, что подсознательно это и было целью ее прогулки с самого начала.

– Три случая избиений, два ограбления банковских контор, еще какие-то мелочи… Но никаких обвинений в подогревании расовой вражды. – Паула выбралась из машины и захлопнула за собой дверцу. – Помимо Франца я накопала еще кое-что на парня по имени Пер Рингхольм, но это ерунда. Пока.

– Это его внук. – Мартин запер машину.

Они подъехали к дому в Греббестаде[5 - Греббестад – район Гётеборга, «Йестис» – отель, где раньше был ночной клуб.

] недалеко от «Йестиса», где была квартира Франца Рингхольма.

– Погляди-ка, – Мартин кивнул в сторону отеля, – здесь когда-то можно было подрыгать ногами вечерок-другой.

– Могу себе представить… Но теперь, судя по всему, они с танцами завязали.

– Можно и так сказать. Я не танцевал… дай вспомнить… уже больше года.

Нельзя сказать, чтобы эта фраза прозвучала элегически. Секрет состоял в том, что Мартин был так влюблен в свою Пию, что охотнее всего вообще никуда бы не выходил из дома.

Но, чтобы найти свою принцессу-лягушку, ему пришлось перецеловать немало самых обычных лягушек. Целуешь – а она все равно лягушка, ни в кого не превращается и никакого отношения к принцессам не имеет.

– А ты? – с любопытством спросил он Паулу.

– Что – я? – Она притворилась, будто не поняла вопроса.

Мартин решительно постучал в дверь, и тут же они услышали звук шагов.