Отмычка

Позже.

– Мне спускаться за Ним? – голос советника прозвучал тихо, но жёстко. Он и так знал ответ.

– Да, приведи Его. Мы не будем ждать возвращения птиц. Раз откликнулась даже Изнанка – на счету каждый миг.

Короткий кивок, шаг прочь, но Фернандо всё равно замер в дверях, обернулся:

– Ганс… Он же сын Рудольфа. Эти три года ты многому учил его сам и даже хотел доверить воспитание наслед… младшего принца. Ты уверен?

– Мы собираемся дать волю оружию, силе которого нет и не будет равных. Я не вижу других путей защитить наш народ.

А ты видишь, Фернандо?.. Молчишь… Значит, сам понимаешь. Ганс хороший мальчишка, мало кто верен мне так же беззаветно и сильно. Пускай он ещё слишком юн, но для паладина первое поручение – всегда великая честь.

Фернандо не стал отвечать. Быстрым шагом вышел прочь. Император легко мог представить, как трое с ним во главе спускаются в забытое крыло подземелья. Как скрипит ключ в проржавевшей, веками не видевшей гостей двери.

Как тихо звенят цепи и поднимает грязную голову последний из бессмертных.

Тот из Пяти, кому уйти не позволила… глупость и вера в смертных.

Глава 1

Он стоял на коленях, распятый меж солдатами. Тонкий, несуразный, грязный. Голова, слишком тяжелая для высохшей шеи, казалась еще больше из-за копны путаных волос. Плесневелая затхлость и запахи грязного тела заставляли императора едва заметно кривиться: казалось, вся комната пропиталась этой вонью насквозь, и её уже ничем не выгнать.

А Он смеялся. Хрипло и скрипуче. Смех этот пускал по телу орды мурашек, рождал дрожь, сдержать которую с каждым мигом становилось всё сложнее.

Тщательно подобранные слова забылись. Император не знал, что говорить. Не знал, как заставить помочь того, кому не страшны ни боль, ни смерть, а все возможные лишения уже стали образом жизни.

Но как-то начать было необходимо.

– Ты понимаешь наш язык, Энши?

Смех оборвался. Заключенный поднял свой пронзительный, невероятно живой взгляд и насмешливо фыркнул.

– Энши? Ты зовешь меня Энши?

– Во всех бумагах твое имя записано так.

Бессмертный вздрогнул и расхохотался. Безудержно. Громко:

– А! Вот оно как! Вы, люди, опять перегрызлись за власть! То-то меня перестали навещать. Старая династия пала и забрала с собой самое важное! И давно?

– Три с половиной века моя семья правит империей Нэш, – сдержанно ответил император. – Но тебя призвали не для разговоров о прошлом.

– Хэй, а как они погибли? – Энши, казалось, даже не слышал чужих слов.