Маяк

Но, слава Господу, мои молитвы были услышаны, и мы пережили эту ужасную ночь!

Жозе встал с кровати и быстро натянул поверх своего старого светло-коричневого пиджака чёрный дождевик. Влажная ткань отдавала неприятным холодом. Он слегка поежился и направился к стоявшему в дальнем углу чемодану.

– Может быть, вам нужна помощь, сеньор Уильямс? – спросил капитан,  наблюдая за приготовлениями Жозе.

– Нет, спасибо, капитан. Через сколько прибудем к острову?

– Не дольше чем через двадцать минут, сеньор.

Жозе ничего ему не ответил, продолжая энергично перебирать аккуратно уложенные в чемодан вещи.

Капитан погладил свой выпирающий живот и направился к двери.

– Я буду в рубке, сеньор Уильямс. Нужно продолжать контролировать курс, чтобы не налететь на эти чёртовы скалы, которых тут полно!

– Да, разумеется. Я тоже скоро поднимусь, – отозвался Жозе.

Он откинул в сторону темно-красный свитер и запустил руку в открывшееся углубление. Его пальцы нащупали хрустящую глянцевую обертку. Он обхватил небольшую коробочку двумя пальцами и достал её из-под кучи других вещей.

В его руке блеснула новенькая упаковка сигарет. Он облегчённо выдохнул и, удалив обёртку, достал тонкую темно-коричневую сигарету. Аккуратно зажимая её своими зубами, он поднял с пола потрепанный чемодан и покатил его к выходу.

Утро оказалось морозным. Все вокруг было затянуто прозрачной дымкой. Мелкая противная морось срывалась с темно-серого неба, затянутого грозными тучами. Ледяной ветер создавал рябь на зелено-черной поверхности воды.

Металлические поручни и стенки катера были настолько холодными, что каждое соприкосновение с ними пробивало Жозе лёгкой дрожью. Он оставил свой чемодан в капитанской рубке и направился на палубу, чтобы покурить.

Остров находился уже всего в километре от катера. Темно-коричневая, почти чёрная, каменная громада, на которой ничего не росло, казалось, идеально вписывалась в этот зловещий морской пейзаж. Единственная постройка на острове – грязно-белый маяк, наполовину окутанный призрачным туманом, – была расположена на юго-западе, в самой высокой его части.

Жозе безучастно уставился на тридцатиметровую отвесную скалу, под которой, разбиваясь о покрытые слизью камни, пенились темно-зеленые волны. Ему предстояло провести здесь полгода в качестве смотрителя маяка. Жалованье на период работы предлагалось весьма скромное, но всё лучше, чем второй месяц сидеть без денег. К тому же ему хотелось на некоторое время убраться подальше от всего мира.