Школа Добра и Зла. Рассвет

Стайка мальчишек косилась на нее, толпа девочек пыталась подобраться поближе к нему, но они не сводили глаз друг с друга.

Без малейших колебаний Аладдин подошел к столу, стащил банан с тарелки Гефеста и откусил кусок. Облокотившись на стол, он повернулся к Киме.

– Ну? – ухмыльнулся он.

Кима окинула его свирепым взглядом.

– Что «ну»?

Аладдин сжал губы.

– Ты ничего не хочешь мне сказать?

– Только одно. Мальчики, которые размахивают поддельными лампами и воруют чужие бананы, недостойны говорить со мной, – ответила Кима.

В животе у Аладдина похолодело.

– Но я думал, что ты… ты же должна…

На него упала тень, мускулистая и лысая. Он почувствовал себя крохотным и слабым. Остальные ученики быстро разошлись в стороны, ожидая гладиаторского боя.

Теперь Аладдин все понял.

Лампа не сработала.

Если лампа не сработала, значит, Кима в него не влюблена. А если Кима в него не влюблена, значит, он только что просто так стащил еду у Гефеста.

Гефеста, который стоял у него за спиной, готовый раздавить его в кулаке, как банан.

Аладдин резко развернулся…

И Гефест посмотрел на него.

Его большие зеленые глаза блестели. Губы были влажными, рот слегка приоткрыт. Он схватился за сердце, словно в него только что попала стрела.

– При… прив-в-в-вет… – пролепетал Гефест. Он выглядел совсем не грозно и не самоуверенно. – Знаю, мы только познакомились… но… не пойдешь ли со мной на Снежный бал?

Аладдин уронил банан на пол.

О нет.

Не-е-е-е-е-е-ет.

Лампа. Идиотская поддельная лампа.

Она не заставила Киму влюбиться в него.

Но она заставила увлечься им Гефеста.

Какая нелепость!

Есть такая тишина, когда нет вообще никаких звуков, подобная черной пустоте на дне океана. Никто в столовой не двинулся. Даже заколдованные сковородки перестали подбрасывать тесто для блинчиков и разбивать яйца.

Аладдин уставился на Гефеста, пытаясь хоть что-то ответить, но из горла вырвался лишь хрип, словно ему в рот насыпали шариков от моли.

Он поднес руку к лампе, лежащей в кармане пиджака, словно лампа была его сердцем – сердцем, которое его подвело.

Принцесса Кима тоже выглядела так, словно ей отвесили пощечину. Ее будущий принц обратил весь свой интерес на мальчишку, которого она презирала. Но потом она внимательнее пригляделась к Гефесту, увидела его пустой взгляд, увидела, как покорно он сгорбился.