Начало

Постепенно понимаю: новые ориентиры написаны специально для меня две тысячи лет назад. Проецирую свою жизнь на скитания избранного народа. Нахожу множество аналогий. В результате понимаю: вырвавшись из одного плена, нельзя попадать в другой. Осознать что-то недостаточно, нужно жить в соответствии с тем, что осознал. Отступление от веры – это не просто бегство от Бога, это бегство от самого себя. Ищу поддержки у тех, кто по долгу сердца живет в этой новой для меня реальности. У тех, кто избрал своим жизненным путем служение Богу.

И вдруг понимаю – служа Богу, большинство из них, забывают служить человеку. Такое же презрение, такое же равнодушие, такое же высокомерие. Но все это – облагорожено и сглажено. Подкреплено красивыми цитатами, завуалировано блестящим, но формальным антуражем. Значит, и здесь нет спасения. И здесь – тупик. Оттуда я ушел, а здесь я никому не нужен! Все занимаются своими делами. Никого не интересуют проблемы отдельного человека. Та же технология, тот же отработанный конвейер по отмыванию. Там – денег, здесь – человеческих душ. И денег тоже. Остается одно – искать Бога собственными силами. Слава Ему же, они, эти силы, есть. Поиски то и дело прерываются неожиданными обстоятельствами. Сначала – вроде случайными. Затем все случайности приобретают очевидную закономерность. В конце концов, понимаю: старая жизнь разбивается новой. Остатки старой реальности острыми углами выпирают в реальности новой. Я спотыкаюсь, иногда падаю, но продолжаю добросовестно разбирать эти завалы. Избавляюсь от обломков, исправляю отношения с теми, с кем давно уже нужно было их исправить. Разрываю с теми, с кем и не следовало их начинать. В жизнь приходят новые люди. Вместе с ними приходит новая жизнь. От старой остаются только воспоминания. Новая сияет и манит своей новизной. Но только на фоне старой эта новизна становится понятна и очевидна. Духовные искания, стесненные старой жизнью, больше не стесняются. Теперь им нечего стесняться. И некого. Те немногие люди, которые чудом сохранились после беспощадного разрушения старой жизни, оказывается, были рядом всегда. Вот только я их не видел, не замечал. Они были мне не интересны. Теперь дай Бог, чтобы я стал им хоть чем-то интересен!

И думаю, думаю, думаю. Размышляю. Читаю. Сопоставляю. По крупицам собираю то, что раньше разбрасывал, не задумываясь. Останавливаюсь там, где раньше пробегал, не глядя. Бегу оттуда, куда бежал до этого. Ищу себя. Собираюсь по частям. Восстанавливаюсь после долгих лет безбожия.