Целинная рать. Кубань

Васька открыл рот от удивления, увидев, как рядовой Симонов, расставаясь, галантно в наклоне выпятив зад, целует руки девушкам…

– Ну, ты конь, – взревел Генка, увидев, подходившего к вагону, Витьку, – пока тебя дождешься, охота выпить пропадет.

– Чего не будешь? – спросил тот, забираясь со старшиной в вагон.

– А чего, рак засвистел? Я пока не слышал, – подал «ветеран» ему руку.

Увидев осуждение на лицах, ожидающих его в вагоне, Витька беспомощно развел руками,

– Мужики, старался, как мог. Уборка у них, на спиртное запрет.

Чуть из кожи не вылез, пока уговорил продать. Не верите? Вон, у «фельдфебеля» спросите, – кивнул он на старшину.

Васька, не стал вдаваться в мелочи, и рассказывать о том, как полчаса прощался Витька, строя планы и самому попасть в состав «гостей»

–Мемуары слушать не будем, не Кутузов еще. Давай наливай. Замполит уже не раз, пролетал вдоль вагонов. Скоро наша очередь разгружаться подойдет, – поторопил их опытный Генка.

Когда загустела южная ночь, машины целинной роты, вытянулись в походную колонну, для дальнейшего следования.

Ждали, когда командование уточнит график движения, проложит на карте маршрут. Обозначит место дальнейшей дислокации роты, согласно директиве вышестоящего командования.

– Капитан Максимов, с двумя взводами, двигается в населенный пункт, станица Атаманская, – ответственный от руководства, мой заместитель по политической части, – при этих словах Максимов, незаметно для руководства, глубоко и обреченно вздохнул.

– Остальные два взвода, под моим непосредственным командованием выдвигаются к населенному пункту, станица Рубежная, – теперь уже, более глубоко и тяжко, вздохнул старлей.

Личный состав роты, те, которые не были наделены правом, принимать решения, те, кого собирались двигать и выдвигать, сидели по машинам, изредка прогревая моторы. Все ожидали решения военного совета.

6

– Давай поменяемся, ты порулишь, а я на твое место, – предложил Витька, рядом сидящему старшине.

–Ты, чего? Это никак нельзя, – встрепенулся тот, – Я, же по штатному расписанию, не водитель.

Да и сейчас я, старший машины.

– Доведет тебя до ручки, это старшинство, вот вспомнишь меня,– Будешь, как в том анекдоте: могу ездить на всех машинах, но только старшим. А еще в кузове, но там, связанным. Нет, придется тебе, после целины, идти проситься, в местком, партком, профком. Или какой-то еще, «ком» подаваться. Правда, там таких оглоедов, как ты, как головастиков в пруду, но ты прорвешься.