Ритмичная работа

Когда «у меня еще полно времени, поэтому сейчас я буду пить чай» сменяется на «сейчас я закончу отчет и через два часа (после обеда) пойду домой», бездельничать становится некогда.

Работа перестает быть каторгой. И тогда в дело вступают все те творческие инициативы, которые до этого были похоронены под слоем «традиций работы». Теперь мы знаем о собственной работоспособности гораздо больше чем сто или двести лет назад. Не использовать это знание – кощунственно. Мы знаем, что для продуктивной работы в любой сфере в первую очередь нужно быть счастливым.

А для этого работа не должна быть единственной частью жизни.

О Любищеве

Хотя Александр Александрович Любищев использовал свою систему только для себя, нельзя не отметить колоссальный вклад, который он сделал в современный тайм-менеджмент. В свою систему он никого не посвящал, видимо, не считал необходимым. Но в своей статье «Такая добровольная каторга» он описывает некоторые аспекты своей системы.

Его система поразительно проста, но требует очень строгой дисциплины.

По его словам, необходимость в ней возникла из-за того, что он сам себе поставил «очень большую задачу» и для успешной ее реализации понадобилось спланировать время на годы (а в действительности – на десятки лет) вперед. Любой сейчас может сказать, что его идея современном мире выглядит утопической, но я думаю, что это совсем не так. Хотя и очень непросто.

Сам Любищев утверждает, что, возможно, люди, работающие по 15 часов в день и существуют, но он сам бывает доволен если ему удается отработать в течение дня 7 часов.

Но это семь «идеально чистых часов», из которых исключены любые отвлечения. В действительности полностью концентрированной работы в среднем выходило по 5—6 часов в день. Знакомая цифра?

Но какой смысл оценивать систему только по ее внутреннему содержанию? Главное – цель, ради которой она создавалась. А продуктивность Любищева была просто феноменальной. За 56 лет использования системы он написал более 12,5 тысяч страниц статей по самым разным областям науки, начиная от математики и заканчивая энтомологией.

Многие (если не все) его работы были широко признаны за рубежом и переведены на иностранные языки. В среднем за день он писал по 0,61 страницы текста. Для авторского листа это составляет примерно полторы тысячи знаков. Но результат – пятьдесят книг по 250 страниц каждая. Почти каждый год. И это только научная деятельность, на которую уходило по 6 часов в день.