Жемчужины Москвы. Часть 3

Жемчужины Москвы. Часть 3

Александр Валентинович Надысев

Автор книги «Жемчужины Москвы», часть 3, Александр Валентинович Надысев, продолжает увлекать читателей в мир исторических событий, связанных с возведением уникальных московских зданий. Герои его книги, реально существовавшие заказчики, архитекторы и реставраторы, создатели памятников архитектуры, поистине «жемчужин» Москвы XIX-XX веков

Александр Надысев

Жемчужины Москвы. Часть 3

Святой Трифон

Храм святого Трифона

Глава 1

1493 год.

В Сокольниках раннее майское утро. Просыпаясь, природа старалась разогнать над болотистыми берегами озёр, висевшие огромными клоками туманы. Они, цепляясь за развесистые ивы, травы и камыши, сопротивлялись в надежде понежиться на дремавших болотах. Но вот проснулось лёгкое дуновение ветра, и туманное царство лениво стало расчищаться, а вскоре вообще растворилось в лучах восходящего солнца.

А на холме, вглядываясь в болотистые берега озёр, стояли конные охотники – московские бояре, во главе которых красовался на вороном коне великий князь Иван III Васильевич.

Среди бояр выделялся своей богатой одеждой глава сокольничий охоты боярин Иван Патрикеев.

– Слава Богу, туманы сходят,– поглядев на великого князя, воскликнул Патрикеев. – Государь, охоту можно начинать?

– Готовь соколов и правь охоту, – ответил Иван Василевич и, нахмурившись, добавил, – только смотри, не спугни птицу на озёрах.

– Как можно, государь? – ответил испуганно Патрикеев и, махнув рукой, тихо приказал сокольникам: – Поднимай птицу с болот, живо!

И сокольники поскакали в объезд озёр, стараясь не растревожить дремавших там птиц.

Великий князь, поглаживая своего коня, нетерпеливо всматривался в рассеивающийся туман и думал: «Когда же поднимут птицу с болот? Ждать нет мочи!»

А в его голову лезли разные мысли: «Мои бояре своевольничают, и особенно Патрикеев. Ишь, как разоделся и сбруя на коне серебряная, вся каменьями сияет! Слыхал, что он за моей спиной «шашни» водит с иноземцами, можа заговор вьёт литовский прихвостень?»

И он, с недоверием посмотрев на Патрикеева, продолжал рассуждать: «Тяжело мне править на Руси, вокруг ссоры.

Ведь после смерти моего сына Ивана Молодого возникло противостояние бояр, поддерживающих наследников, кто за внука Дмитрия, а кто и за сына моего Василия от второй жены Софьи.