Четыре партии в шатрандж

Эмегены перебросились парой фраз на своём шипящем языке, а потом жестами показали, что хотели бы увидеть палочку в деле. Амарель кивнул и судорожно попытался вспомнить заклинание. «Великая Кальфандра, подскажи… спаси своего слугу»…

И богиня услышала его мольбу.

– Эл-ги-та, – обрадованно выдохнул Амарель, описал палочкой круг и направил на трухлявый пень неподалёку. Только бы пожар в лесу не начался…

Искры вспыхнули, и эмегены взревели от восторга.

Амарелю пришлось ещё не раз выслушать восторженные крики – в Эмгра, куда его отвели трое спутников.

Верховный эмеген, чьё имя Амарель толком не разобрал и про себя переделал в «Шисс», жестами объяснил, что Амарель и его хрустальная палочка пригодятся. Кроме него, в Эмгра были другие люди, но все они носили цепи и ошейники, строили для эмегенов дома, обрабатывали землю и даже пасли скот. Эмегены не умели ковать, и Амарель решил, что цепи и всё металлическое остались от прежних хозяев Города.

Рабы жили в деревянных пристройках, некоторые в хлеву рядом со скотом, но подобной участи Амарелю удалось избежать.

Он стал почётным пленником-магом, которому отвели ветхий, покосившийся, но собственный домик, и позволяли разгуливать по улицам без цепей и ошейника.

– Откуда ты? – однажды спросил у Амареля смуглый раб, возвращавшийся от колодца. Невысокий, молчаливый, средних лет, раб говорил на бей-ялинском языке. Амарель худо-бедно владел этим языком и ответил:

– Гафарса.

– Кебек, – назвал своё имя раб, поставил тяжёлые ведра с водой на землю и протянул крепкую мозолистую ладонь.

Амарель охотно пожал её, представился и заметил, каким взглядом Кебек окинул его изнеженные белые руки с длинными пальцами. Хорошо хоть, косичку Амарель давно расплёл и просто завязывал волосы сзади чёрным шнурком.

– Вас много здесь? В Эмгра? – тихо спросил Амарель, пряча руки за спину. Он хотел рассказать о себе, но побоялся – вдруг и Кебек из тех, кто ненавидит жрецов Кальфандры.

Кебек нахмурился:

– Много.

– И вы ни разу не пытались сбежать? – Амарель с опаской подумал о том, что придётся задеть бей-ялинца, чтобы напомнить тому о гордости.

 – Это… это ведь не жизнь!

Кебек недружелюбно взглянул на него узкими тёмными глазами:

– Были такие умные. Пытались.

Из-за поворота вышли двое эмегенов с дубинами, и Кебек, подхватив вёдра с водой, поспешно удалился. Амарель остался гадать, что сталось с теми «умными» – быстро их поймали, или они нашли свою погибель от звериных клыков и когтей в лесах.