Илларион

Семейке Дельгадо этот день показался подходящим поводом, чтобы снова начать втирать мне про наследство, семейные реликвии, антикварные ценности, принадлежавшие их роду, фамильный дом. Все как обычно. Однако знавала я алчных скупердяев и покруче – так что им со мной не справиться.

Сибилла медленно закурила. Ее змеиный взгляд упал на Айзека. Писатель до сих пор сомневался, что она действительно вспомнила его.

– Сдается мне, ты достойно справилась с горечью утраты, – в тоне Айзека улавливался тонкий налет сарказма.

– Объясни. – ведьма заинтригованно наклонила голову.

– Я не берусь судить твои отношения с его семьей. Понятия не имею, на какой почве ты с ними не сошлась, но по мужу ты уже не страдаешь. Говоришь о его смерти как о факте из утренней газеты. Не называешь его по имени. Спокойно выпиваешь с незнакомым мужчиной, которого и не помнишь вовсе. Кольца на пальце нет. В общем-то, у тебя все на лице написано. – Айзек совершил рискованный шаг. Конечно, Сибилла дала ему достаточно поводов, чтобы пойти в лобовую атаку, но писатель не хотел спугнуть ее наглостью.

Как он и предвидел, она отреагировала спокойно.

– Очень проницательно, – будто воздавая сказанному похвалу, она покачала головой и слегка улыбнулась. «Какой же странной ты стала, Сибилла! Ты и правда только что проглотила это?!» – подумал Айзек. – Там, в туалете, я решила, что ты какой-то детектив, нанятый семейкой Дельгадо. Выбрал удачный момент, чтобы со мной познакомиться, втереться в доверие и накопать какой-нибудь компромат.

Но ты и правда тот мальчик из школы.

– Удачный момент? В туалете? Никак не думал, что женщины находят такие места романтичными! – рассмеялся писатель, пытаясь увидеть на ее лице присутствие хоть каких-нибудь эмоций. Пускай хотя бы стеснение, неловкость, стыд, смущение. Однако она подыграла лишь сдержанной улыбкой.

Принесли бурбон. Бывшие школьники ударили бокалами друг о друга и выпили.

– Пора объяснить, почему ты назвался моей девичьей фамилией, Айзек, – сказала Сибилла.

Первый же глоток спиртного расслабил ее. Ведьма откинулась на спинку стула, слегка опустила плечи и закурила новую сигарету. – Я уже рассказала о себе. Твой черед.

– Видимо, ты не читала «Диалектику свободы»?

– «Диалектика свободы»? Либо философский трактат, либо какая-нибудь детская беллетристика. Насколько известная книга?

– По ней сняли два высокобюджетных фильма, третий на подходе. Я сам писал сценарий.

– Хм… они прошли мимо меня.