Парадоксы интеллектуального чтива. Книга третья «Экономика России по Аристофану»

После отмены карточек в конце 1947 года (в дореформенных ценах) при зарплатах большинства городского населения в 800 рублей килограмм ржаного хлеба стоил 3 рубля, пшеничного – 4 рубля 40 копеек, килограмм гречки – 12 рублей, сахара – 15 рублей, сливочного масла – 64 рубля, подсолнечного масла – 30 рублей, мороженого судака – 12 рублей, кофе – 75 рублей; литр молока – 3—4 рубля; десяток яиц – 12—16 рублей; бутылка пива «Жигулёвское» – 7 рублей; пол-литровая бутылка «Московской» водки – 60 рублей.

Как видим, особо не попируешь….

.

И это только некоторые частности российского обогащения. Если денежная реформа 1947 года продемонстрировала растущую коррумпированность государственного аппарата при плановой экономике, то августовский кризис 1998 года наглядно показал размах коррупции в условиях дикого рынка. «Те, кто заранее получил доступ к информации о точной дате дефолта, смогли сколотить колоссальные состояния, – рассказывает депутат Госдумы Иван Грачёв. – Меня поразили суммы, которые перекочевали в карманы недобросовестных фирм и чиновников.

Я знал, что многие чиновники играли на рынке ГКО, использовали другие возможности наживаться за счёт доступа к конфиденциальной информации, но августовский дефолт стал просто апофеозом…»

Нынешние «новые русские», несомненно, побили все рекорды своих исторических предшественников по эффективности «законных заработков». В результате имущественное неравенство в сегодняшней России достигло невиданного прежде уровня. Средний душевой доход 15% богатых в России в 10 раз выше, чем у 85% всех остальных российских граждан.

Привыкшее к уравниловке общество не имеет встроенных механизмов ограничения неравенства, и маятник по-прежнему попеременно движется то к казарменному равенству (в стабильной фазе), то к вопиющей нищете большинства на фоне сказочного обогащения немногих (в нестабильной фазе).

Наша психология считает, что в первую очередь богатеют те, в ком в меньшей степени развиты традиционные стереотипы поведения, люди, не получившие традиционного русского воспитания.

Например, не связанные стереотипами общинной уравниловки представители национальных меньшинств.

Что касается русских, то чаще других материального успеха достигают люди, в силу каких-то частных причин выросшие не в семье, а, скажем, в спортивном или музыкальном интернате или в какой-то иной необычной среде.

Похоже, что тут психологи не ошибаются, что как раз и раскрывает глубинную суть русского менталитета общинной уравниловки.