Хрусталь и пепел

 – Вы любите простые вещи вроде деревянной лошади, ваша самая большая мечта жить на краю леса в небольшом домике вместе с мужем и детьми, далеко от шумных городов и совсем без магии.

– Без магии? Откуда вы знаете? Кто… – Женщина встала с дивана и подошла к Элле. – Кто вы? Мне кажется, я знаю ваши глаза, они…

– Месяц назад у меня забрали мою жизнь с помощью магии, темной магии. Все меня забыли, и вы в том числе, – Элле сложно давались эти слова, слабо верилось, что крестная вспомнит и поверит ей.

– Вы правы, не верю. Но допускаю такую возможность. Я не смогу снять чары темной магии, это больше меня и моих возможностей, – женщина прошлась по комнате и после паса рукой на столе очутилась книга «Кулинарные рецепты», на вид совершенно обычная. – Эта книга даст тебе ответ, но лишь один раз. Следует хорошенько подумать, что тебе нужно спросить. Теперь вам следует уйти, – крестная указала рукой на дверь, – сюда идет моя крестница Дризелла.

Элла взяла книгу, спрятала ее под сюртук и покинула комнату.

Крестная же взмахнула рукой, и чайник с чашкой исчезли со стола.

– Дризелле не следует этого видеть.

3

Ночью в каморке трактира догорала свеча, создавая причудливые тени на стенах. Замки, кареты и силуэты девушек кружили по помещению. В центре, прямо на полу, сидела Элла. Рядом с ней лежала книга. В голове был полный сумбур, она почти не чувствовала тела, будто стала невесомой, руки тряслись.

– Где мне искать свою сестру Анастасию? – голос её дрожал от волнения.

Элла не стала спрашивать о самом колдуне, разумно полагая, что вряд ли тот будет сидеть на месте, а, возможно, даже смутно догадывалась о чарах, защищающих того от поиска. А вот то, что сводная сестра Анастасия была с ним или в его доме, она знала точно.

Пожелтевшие страницы книги погрузились в дымку, спустя пару мгновений стала проступать карта королевства Аэраса.

– О, нет! Нет-нет! – воскликнула Элла, дыхание её стало прерывистым, к горлу подступил ком, а лицо попунцовело. Это случалось всякий раз, когда девушка сильно волновалась, вот только последние поводы для волнения были очень даже приятными, чего нельзя было сказать о нынешней ситуации.