Я выбираю свободу!

Есть полезное дело, где не потребуется магия, – со смешком сообщил он. – Заодно меня подменишь, а то я зашиваюсь. Опять же развлечешься.

– Коля, я тебя обожаю, – просияла я, но тут же нахмурилась, заподозрив подвох. – Это чем я развлекаться буду, поподробнее, а?

– Видишь, какое дело… студентов на стажировку прислали, – смущенно сознался Колос. – Надо им все показать-рассказать, расселить и поставить на довольствие. Я бы и сам походил или кого-нибудь другого привлек, но раз тебе все равно хочется чем-нибудь себя занять…

– И куда их будут расселять? – растерялась я.

– Обещали принять в казармах, – развел он руками. – Не лучшие условия, но там, по крайней мере, цела крыша, имеются койки и через окна почти не сифонит.

– А откуда ребята-то? Маги или специалисты?

– Все вперемешку. Сама же знаешь, какой бардак был при эвакуации. Бумага пришла за подписью ректора Ремесленной академии, но с печатью Нового общемагического. По-хорошему, стоит отправить их обратно и затребовать нормальные бумаги, только ребят жалко.

– Хорошо, спрошу. Пойдем, покажешь юные дарования.

Война начиналась не в нашу пользу, нас теснили, и всевозможные тыловые службы и учреждения эвакуировались в большой спешке. Если производства вывозили до последней пылинки, чтобы врагу ничего не досталось, то с остальными обстояло сложнее, спасали в первую очередь жизни, а все прочее – по остаточному принципу.

Посмотреть на студентов было интересно. До столичного госпиталя они, наверное, добрались первый раз за время войны, обычно стажировку такие ребята проходили на передовой. Считай, уже сложившиеся специалисты, доучивать их в тылу некогда, там каждые руки на счету.

Я в тылу не бывала, но хватило фантазии сообразить, что условия там едва ли не хуже, чем на передовой. Учитывая, что отступали на высокогорье, ища укрытия в старых шахтах и на границе с гномьими княжествами, надо думать, что для студентов самым большим счастьем покажется даже не крыша над головой, а тот самый усиленный паек, полагающийся целителям.

Угадала. Эльфы вообще не отличаются крупным телосложением, мы обычно худощавые, гибкие и жилистые, а эти… По-моему, кроме костей и кожи там ничего не осталось. Хотя нет, вру. Остались горящие любопытством глаза и аккуратно вплетенные в косы тонкие красные ленточки. Потрепанные, потертые, кое у кого – засаленные.