Фамильный шрам

Хоть соглашусь, в том чести нет —

Читать при всех чужой сонет.

Иди, обнимемся скорее,

В душе обиду не держи,

Будь выше подлости и лжи,

Прости ее и стань мудрее».

Курсант, что свойственно парням,

Вмиг покраснел, но мать обнял.

За чаем долго все молчали,

Пока внизу на мостовой

Зацокал конь, и прочь печали —

В дверях с пакетом вестовой.

«Я доложить вам буду рад,

Уже швартуется фрегат!

Извольте получить депешу

И не сочтите за невежу».

Читает женщина письмо,

Дрожит бумага с вензелями.

Молилась ночь под образами,

И вот оно пришло само.

«Сегодня, дети, ваш отец

Домой вернется наконец!»

Девчонки кинулись в объятья

Счастливой матери своей.

«Уж лучше б это были братья, —

Подумал он, став чуть храбрей. —

Наверно, что-то спутал маг,

А, может, мне иной был знак,

И новый галс по воле рока[44 - Галс – движение судна относительно ветра или отрезок пути, который парусник проходит от одного поворота до другого.]

Судьба взяла еще до срока?»

Пацан растерянно смотрел

На женщину с веселым взглядом,

И быть хотелось с нею рядом,

Как страннику морских новелл.

Дороже верности и чести

Нет ничего, хоть мир изъезди.

Часы с веселым перезвоном

Сыграли четко старый вальс.

Пастушка в платьице червонном[45 - Червонный – золотистый цвет с красным оттенком, название происходит от цвета золотых монет с десяти процентным добавлением меди.]

Возникла, за стеклом кружась.

Двенадцать раз наполнил залу,

Что подобает ритуалу,

Солидным голосом Modis,[46 - Modis – старинная часовая фирма в Италии, выпускающая напольные и настенные часы в стиле барокко, сочетающее в дизайне дерево, фарфор, камень.

]

Как будто выступал на бис.

И с «Петропаловки» мортира,[47 - Традиционный выстрел в полдень с Нарышкинского бастиона Петропавловской крепости Санкт-Петербурга берет свое начало в XVIII в. Причем боевыми так никогда и не стреляли, все выстрелы из этой крепости были сигнальными. По разным поводам.

Даже залп крейсера «Аврора», зовущий на штурм Зимнего дворца в октябре 1917 г., вопреки распространенной легенде, был дан именно из «Петропавловки», а не революционными матросами.]

Исполнив царственный указ

Отметить полдень всякий раз,

Гремит по воле канонира.

Столица, как и вся страна,

Своим традициям верна.

«Ну, здравствуй, здравствуй, дорогой!»

Объятья, слезы заблестели.

Девчонки шустрой мелюзгой

Снуют вокруг морской шинели.