Фамильный шрам

]

Андреев крест играл на воле,

Не в пику тем, кто на престоле.

Здесь о себе напоминал

Снимавший флигель адмирал.[11 - Флигель (немец.) – вспомогательная пристройка к жилому дому или отдельно стоящая второстепенная постройка, входящая в жилой комплекс и подчиненная функционально или композиционно главному сооружению.]

Давно закончил он сраженья

И свой поход на Амстердам,[12 - Амстердам – остров в Индийском океане, входящий в состав Французских Южных Территорий. Открыт 18 марта 1522 г.

испанским капитаном Х.-С. Элькано, который из скромности не дал острову свое имя. Поскольку остров расположен на 37 параллели, и был описан в знаменитом романе Ж. Верна «Дети капитана Гранта».]

Когда фрегатом правил сам,

Оставил лишь в воображеньи.

Как часто мы на склоне лет

Храним романтике обет.

Сергеич в ранге адмирала

Имел и кортик, и брегет,

И взгляд большого либерала,

По форме был всегда одет.

Был одинок и педантичен,

В общеньи аристократичен,

В блокаду потеряв семью,

Жил, словно был еще в строю.

С одним застенчивым парнишкой,

Игравшим редко во дворе,

Дружил на зависть детворе

И называл его сынишкой.

Не зря пословица гласит:

«Что стар, что млад». Тут без обид.

Алешка рос гардемарином,[13 - Гардемарин (франц. – морская гвардия) – звание, установленное Петром I для воспитанников старших рот Морской академии при направлении их во флот на практику, где они пользовались ограниченными правами.

]

И верил, что его отец

Погиб, что свойственно мужчинам,

В походе дальнем, как боец.

Рассказы матери о нем,

Любившем поиграть с огнем,

И фотографии в альбоме,

Бинокль, хранящийся в их доме,

Модели старых каравелл,

Да книжный шкаф морских романов

О героизме капитанов

И тех, кто струсить не посмел,

Все помогало пацану

Любить и море, и страну

Как часто виделось Алешке

Во сне, как будто наяву,

Что он в бою не понарошку,

В отваге не уступит льву.

Он, юнга, шкипер и пират,

Всем приключениям был рад,

Но, кем бы ни был, вечно сходство

С отцом у парня – благородство.

Он тайно верил в предсказанье,

Которое однажды маг

Во сне открыл ему, что знак

Предвосхитит его желанье.

Бывает, тайну мы храним,

Живя пристрастием одним.

Вот только хитрый маг смолчал,

Что будет этим тайным знаком.

Коснется кто-нибудь плеча,

Откроется ли Зодиаком.