Ворон обгладывает кости

Бывают обстоятельства гораздо страшнее.

Молодые ведьмы задумались над словами учительницы. Взор той затуманился глубокой печалью. Соболевой захотелось её отвлечь.

– Вероника Александровна, а как вы оказались в Черноивановске? Что вас сюда привело?

– Хм. – Женщина призадумалась. – Я давно хотела попробовать поработать со студентами. Мне это положительно интересно.

– А почему именно сейчас? – полюбопытствовала Полина.

– Затрудняюсь ответить, – мягко улыбнулась Левицкая. – Наверное, наступил тот самый момент.

Девушки рассмеялись и перестали приставать к ней с расспросами.

В тот день Саша пришла к выводу, что предмет Вероники Левицкой – это максимум того, что она способна понять из медицины.

19 сентября, пятница

Петрачёв Георгий, маг

Рабочий день клонился к закату. Георгий закончил набирать текст указа о сверке имеющегося на балансе вооружения и нажал на печать, между делом перепроверяя распорядок Виктора Павловича на завтра.

Из кабинета начальника вышел Филипп Милесский, который пробыл там с час.

– До свидания! – вслед ему бросил Петрачёв.

– Ах, Жора! – опомнился Филипп Эрнестович. – До свидания.

Секретарь зашёл к Воронову, подписал указ и отдал его на регистрацию. В канцелярии удивились документу и стали расспрашивать, с чего руководитель Лагеря решил провести проверку боевой готовности вооружения.

– Мне он ничего не объяснил. Наверное, причина в том, что вооружение не приводили в порядок со времён заключения перемирия, – предположил Георгий Михайлович.

– Слово «война» вызывает у меня панический страх, – призналась Юлия, занимающаяся регистрацией указов.

– Зря волнуешься, – успокаивающе проговорил маг. – Только сейчас я понял, в чём дело: у меня в работе ещё приказ о крупном военном учении. Видимо, Виктор Павлович велит проверить готовность вооружения, потому что запланировал крупные учения для охраны Лагеря.

– У них тренировки проходят два раза в квартал – куда ещё-то?! – со смехом воскликнула Анастасия, упаковывающая письма в конверты.

– Тренировки – это тренировки. Учения – совсем другое. И ни к чему обсуждать решения руководителя: Виктор Павлович никогда ничего не делает без веских на то причин, – заметил Петрачёв.

– Да не обсуждаем мы решения дорогого Виктора Павловича! – усмехнулась Татьяна, попивающая кофе три в одном.