Ведьмы горят на рассвете

Могла ли Джасна бежать здесь от кого-то? Или за кем-то? Мог ли какой-то ритуал, участницей которого она невольно стала, пойти наперекосяк? Однако я не знаю ни одного ритуала, который включает в себя тело, обращённое в серебряный камень. Камень – значит камень, мёртвая – значит мёртвая. «Или…»

– А где она лежала? – спрашиваю я, указывая пальцем. – Тут?

Лав кивает.

– Прямо тут? А где тело сейчас?

Сдвинув брови, Мир присаживается на корточки рядом со мной.

– Полагаю, в морге, – говорит Аделард, наблюдая за нами.

 – А что?

– Не захоронено? – скашиваю глаза на Мира, однако он не отвечает.

– Нет, – отзывается вместо него Аделард. Обычно всегда ясно, кто в компании друзей занимает должность так называемого негласного лидера, кто принимает решения, а кто этим решениям следует. Однако Мир с Аделардом? Загадка. Кажется, будто Мир нарочно держится в тени, наблюдает, делает пометки в уме, однако ничего не предпринимает. Вопрос лишь: до каких пор?

– То есть тела у вас нет? – настаиваю я, всё ещё глядя на Мира.

Мне хочется протянуть руку и встряхнуть его, заставив мне отвечать. И я ведь могу это сделать, он достаточно близко.

Тоже измерив взглядом расстояние между нашими коленями и придя, очевидно, к схожим, но неприятным для него выводам, Мир стискивает челюсти и поднимается. Ни слова.

– С чего нам держать мёртвое тело у себя? В шкафу? – голос Аделарда звучит наполовину с изумлением, наполовину с отвращением.

– Потому что вы либо мне врёте, – говорю я, тоже выпрямляясь, – либо идиоты.

Либо и то и другое. – Вокруг ни единого признака борьбы или же того, что было использовано смертельное заклинание. Если бы Джасна умерла на этом самом месте из-за магии, трава бы вокруг тоже выглядела мёртвой. Однако она даже не пожелтевшая или обожжённая, и всё здесь так, словно ничего и не произошло. Что может означать лишь одно. – Джасна не мертва.

Диковинный стон вырывается изо рта Лав, что-то среднее между ужасом и облегчением.

– Поясни, – требует Мир.

«Я и правда незаменима».

– Ну, эта… техника, обращающая людей в статуй из металла, в общем-то не предназначена для убийства. Она как ловушка. Ты же сам сказал, Мир, серебряный покров предназначен для того, чтобы тело заморозить, сохранить. Логично, что кто-то мог бы сделать это, чтобы потом подбросить труп через месяц-два куда-нибудь подальше от настоящего места преступления, когда все улики уже исчезли.