Праздник на выезде

Рассчитывал, что после роскошного мальчишника тот хотя бы из благодарности приютит лучшего друга. Но, видно, просчитался.

Конечно, Глеб мог бы поехать еще к кому-нибудь из пацанов. Вот только тогда ему пришлось бы опять выйти на улицу, рискуя околеть насмерть на ближайшей обочине. И почему он не устроил Максу вечеринку в Майами? Или в Сочи, на худой конец? Ах да. Потому что Ксюша ни за что не отпустила бы Масю так далеко из-под своего каблука. Точнее – из-под белых носочков.

– Макс, у меня сейчас полный ахтунг.

Отец отобрал вообще все бабло. Карту, «ламбу», ключи от хаты… Не, я могу свалить. Но если сдохну от холода, буду к тебе каждую ночь во сне приходить. И душить… – Глеб потянул к Максу окоченевшие пальцы, и тот отшатнулся.

– Ладно, – буркнул Макс. – Дай мне пять минут.

Он тряхнул плечами, будто боксер перед боем, натянул заискивающую улыбку и шагнул к невесте. Глеб стоял от них всего в паре метров, но все же не смог разобрать, о чем там мямлил Макс. Чревовещал что-то умоляюще, почти не раскрывая рта, и хлопал глазенками.

Глеб чуть лоб себе не расшиб ладонью: чувство испанского стыда за друга прямо-таки зашкаливало. Нет бы стукнул кулаком по столу, мол, Глебыч мне как брат родной, и если тебя, швабра, что-то не устраивает, пакуй свое белое шмотье и чеши в закат.

– На одну ночь, – вынесла наконец вердикт Ксюша. – Сам ему постелишь. Только пусть моется в гостевой ванной.

Смерив незваного гостя брезгливым взглядом, она развернулась, мотнув кормой, и пошла обратно на второй этаж.

– Братан, если ты вдруг передумаешь жениться, только скажи, – шепнул Глеб Максу, когда снежная баба скрылась на вершине лестницы. – Я тебя увезу и спрячу.

– Да нормальная она. Просто злится, потому что я с мальчишника вчера поздно пришел. И пьяный был… – Макс вдруг замер и принюхался. – А чем от тебя воняет? Аж плакать хочется.

– Это метро, братан. – Глеб хлопнул друга по плечу. – Поверь, если б ты туда попал, ты бы реально разревелся.

Рудаков никогда не думал, что сможет радоваться таким простым вещам, как горячая вода и ароматические палочки.

Вроде еще с утра он жил своей обычной жизнью и не задумывался о том, как хорошо быть богатым. Но всего полдня без денег и несколько поездок в общественном транспорте, а такое ощущение, что он нищенствует целую вечность. Если отец хотел преподать Глебу урок, то ему это удалось. Жестокий, правда, вышел урок, но Рудаков-младший усвоил его на «отлично». Ценить деньги и все такое.