Мандаринка на Новый год

Обычно особых обид и недопонимания это не вызывало. А вот сейчас… сейчас, похоже, он просто обязан сделать это.

– Ник, у тебя такое выражение лица… Ты теорему Ферма в уме решаешь? Или просто в туалет хочешь, но стесняешься сказать?

– Я не из стеснительных, – буркнул он. – И в туалет не хочу.

– А что тогда?

– Поцеловать тебя хочу.

– Слушай… – начала она нерешительно. – Я больше не хочу. Сегодня. Правда. Не принимай на свой счёт, но…

– Помолчи, а? Пожалуйста… – Он легко прихватил зубами ее нижнюю губу.

 – Помолчи.

Он собирался с духом долго. Потом вдруг вспомнил, что уже трогал ее там. В первый раз. Но тогда он просто обязан был… хоть как-то ее подготовить. Растянуть. И сделал это, даже не раздумывая. Ник вздрогнул от этого воспоминания. А ведь неприятно не было! Совсем. Даже, скорее, наоборот.

Его рука двинулась от груди, которую он только что с искренним удовольствием ласкал под аккомпанемент ее стонов, вниз по животу.

Пальцы замерли все-таки, у самого начала тонкой полоски волос. Но потом… он всё же решился.

– Ник, не надо. – Голос у Любы жалобный. – Пожалуйста, не надо…

Нет, мало того, что ему приходится с собой бороться, так и она ему еще сопротивляется!

– Пожалуйста. – Он вернул Любе ее же слово. Нажал пальцами чуть сильнее. – Пожалуйста.

Она совсем жалобно всхлипнула. И впустила его.

Узкая линия коротко подстриженных волос, наверное тёмных – он не смотрел. Гладкая кожа по обе стороны от нее. А потом – только гладкая кожа. Влажная, тёплая. Люба еще раз всхлипнула и попробовала свести ноги, но он уже не позволил. Чёрта с два! Раз он зашёл так далеко. Во всех смыслах. И зайдёт еще дальше. Обязан. Отступать уже, пропади всё пропадом, поздно!

В голове вдруг всплыли лекции по гинекологии на пятом курсе, на которых они ржали как идиоты и подкалывали девчонок-сокурсниц.

Даже картинки соответствующие всплыли перед глазами. И названия. Латинские, по какому-то капризу памяти! Вот это labia majora pudendi. Двинул дальше пальцами… потом должны быть labia minora pudendi. Оказывается, не так уж и страшно. Особенно если воспринимать это как учебное пособие по анатомии женского тела. И в Любиной чистоплотности он отчего-то не сомневался.