Отдаю свое сердце миру

– Я и не отчаиваюсь! Я просто… возвращаю себе свое моджо![29 - Форма магического влияния, которая увеличивает харизму человека. В общем плане означает положительный настрой и особое расположение духа.] Как ты говорила вчера вечером.

– Моджо – это не только про парней.

– Моджо иногда и про парней.

– Уф! – сдается Кэт. – Слушай, я принесла тебе ту книгу Мэг Джиллиан. – Они переходят к более серьезным материям. – Ты в нее влюбишься, только не знаю, понравится ли тебе конец. Больше ничего не буду говорить, но книжка – отпад.

– Ой, а я все забываю вернуть тебе «Оленью лощину». Боже, жду не дождусь, когда выйдет фильм. Можем, как фанаты «Звездных войн», ночевать в спальных мешках, чтобы быть первыми в очереди.

– Даже если в этой очереди будем только мы две и еще человека четыре. Слушай, мы с Заком собираемся на твои соревнования сегодня.

– Правда? Вот здорово, ребята! Ты уверена? Это же будет в Западном Сиэтле. И дождь зарядил как назло. – К тому же соревнования по кросс-кантри – не самое увлекательное мероприятие.

Приходится долго ждать, стоя на финишной прямой.

– К дождю нам не привыкать. У Зака есть большой зонт для гольфа, его мама купила в Costco. – Они обе прыскают со смеху, потому что знают, что в этом смешного – достаточно представить маму Зака с клюшкой для гольфа.

Она вдыхает все эти запахи: апельсиновых ноток лосьона Кэт, шоколадных кусочков зернового батончика, пиццы из кафетерия. Она отчетливо видит и красную царапину на внутренней стороне запястья Кэт, когда та передает ей книгу Мэг Джиллиан, и коричневую с синим, блестящую обложку.

Все кажется таким живым и осязаемым: легкий аромат травки, исходящий от Хищника, месиво из мокрых газет, оранжевая строчка на джинсовой куртке Хищника, проблеск алого маникюра миссис Дьябло, когда она хлопает в ладоши. «Десять минут! Закругляемся, ребята!»

Она видит себя, улыбающуюся в ответ. Очень похоже на флирт.

Ее валит с ног. Буквально. Большой палец цепляется за край тротуара, и она летит вниз. Нахлынувшие воспоминания расслабляют, нарушают координацию.

В мозгу короткое замыкание, и вот она уже на четвереньках, ладони саднит, колени горят. Те внутренние помощники, которые раньше охраняли ее, давно ушли. Уволены, изгнаны. Кому охота выполнять неблагодарную, непосильную работу? Фабрика теперь напоминает город-призрак с заброшенными цехами и табличками «АРЕНДА». Пейзаж ее души уныл и мрачен. Сухой ветер носится по пустоши.

Она улыбнулась в ответ. Она флиртовала.