Невеста герцога Ада

Аморет любила свой дом, и сейчас Данталион словно путешествовал по волнам её памяти. Строгие линии камня, неровная кладка, уродливые рожи горгулий, выщербленные перила и латунный молоток на двери. Демон знал даже его стук, возвещающий о прибытии гостей. Скучно было на советах Междумирья. Изучал Брамен по мыслям ведьм.

Селеста потерялась, стоило переступить порог ратуши. Слуги остались за спиной, и герцогу пришлось мягко подталкивать её в нужную сторону. В комнаты Аморет вели узкие переходы, едва освещенные лампадами.

В самом сердце городской власти пряталась Верховная ведьма. Куда смотрела Инквизиция? Воистину иногда самые удивительные находки лежали буквально под носом.

Комната для Совета Ковена не впечатлила. Чуть беднее, чем могла позволить себе жена одного из городских управителей, и куда церемоннее, чем требовала ситуация. Несколько дней готовились? Полотна по стенам можно было не развешивать и половину свечей задуть. Дышать нечем. Селеста снова потерялась, и Данталиону пришлось первым выходить на центр зала.

Двенадцать ведьм сидели вокруг каменного стола и разглядывали высшего демона в обличии обыкновенного мужчины. Презрение и ненависть, густо замешенные на любопытстве, герцог ощущал кожей и без способностей. Каждая готова была разорвать его на куски или хотя бы поставить на колени. Но сил не хватило бы даже у Аморет. Оттого ненависть кипела особенно бурно. Превосходный напиток. То, что нужно после тяжелого перехода.

– Мессир Данталион, – сдержанно поприветствовала его Верховная.

Герцог ждал приглашения сесть, но ведьмы демонстративно убрали все свободные стулья. Мелко.

– Аморет, рад встрече. Знаю, что не взаимно, но такова воля Владыки. Вы хотели показать мне город? Скрасить вынужденное пребывание компанией первых красавиц Брамена?

На грубую лесть половина ведьм поморщились, но нашлись те, кто принял комплимент на свой счет. Данталион наполнил легкие воздухом и поймал ноту жасмина с правого конца стола. Одетая монашкой ведьма игриво сверкнула глазами.

– Нет, – отрезала Аморет.

 –  Разговор пойдет о другом. Селеста, выйди!

Стебелек дернулась к двери, но демон послал ей в спину очередной приказ.

– Мадемуазель Дюбуа, останьтесь.

Мгновения протеста хватило, чтобы на шее ободом вспыхнула удавка, но именно её белая ведьма и не хотела показывать, поэтому, скрипнув зубами, встала у стены.

– Селеста! – с нажимом повторила Верховная. – Ты не принадлежишь к старшим, тебе запрещено здесь находится. Выйди, я приказываю тебе.