Лед твоих объятий

То глупое, но роковое желание доказать всем, что он не хуже брата, принесло слишком много горя и боли. Нет. Ни власть, ни могущество, ни сила ему больше не нужны. Правда, он и сам пока не знал, что ему нужно, но посторонним этого лучше не говорить.

– Чего же вы хотите?

Император посмотрел пристально, цепко, недоверчиво.

– Покоя, – тихо произнес он. – Только покоя.

"И прощения" – добавил про себя, понимая, что так и есть.

– Что ж, – кивнул Ричард. – Если дела обстоят именно так, я предлагаю вам пока побыть нашим гостем и расположиться во дворце.

Но в ближайшие же дни вопрос вашего проживания и приличествующего содержания будет решен. Лорд Гринделл, займитесь этим.

Император вернулся к столу, сел, подвинул бумаги и негромко договорил:

– Лорд Кимли, думаю, для всех будет лучше, если мы не станем обнародовать вашу историю. Не стоит будоражить северян. К тому же, сейчас сарты не склонны верить старым легендам, и мне не хотелось бы вызывать смуту и недоверие. Вы согласны со мной?

– Разумеется, – ответил он, все еще не в силах понять, насколько изменился мир.

Вот этот мужчина, как две заледеневшие капли похожий на Артура, выглядит, тем не менее, совершенно иначе. Первый шок прошел, и сейчас он удивлялся, как мог принять Ричарда за брата. Необычная одежда, к которой он пока не привык, очень короткие волосы, отсутствие фамильного перстня и оружия… Странно было видеть копию Арта в таком непонятном виде.

– Что ж, думаю, у нас еще будет время познакомиться поближе, – сухо произнес Император, снова погружаясь в изучение бумаг.

 – Всего доброго, господа.

– Всего доброго, Ваше величество, – склонил голову лорд Гринделл и направился к выходу.

– Сартен касари, – тихо попрощался он, не в силах оторвать взгляд от копии брата.

– Да-да, и вам удачного дня, лорд Кимли, – не отрываясь от документов, рассеянно отозвался Император.

Глава 4

– Бекки, оденься поприличнее, тебя вызывает Император.

– Что, прямо сейчас?

Я удивленно посмотрела на отца.

Вот это поворот! Нет, я, конечно, ожидала вечернего разговора, но никак не с Императором.

– Да, – последовал короткий ответ. – Прямо сейчас.

Папенька нервно расхаживал по кабинету, и это было очень плохим знаком. Десять шагов от стола до окна, десять – обратно. Туда – обратно. Туда – обратно.

– Отец, ты можешь объяснить, что случилось? – устав наблюдать за этими метаниями, спросила я.

– Ричард в ярости, – выдохнул родитель и остановился напротив меня.