Маньяк Отмели, или Песочница для Короля

Ступай себе, не мешай бабушке простолюдинке шерсть медведя из Темного Края выпрядать. Хочешь поведаю как шерсть у меня оказалась? – во взгляде бабульки появилась хитринка. Появилась и угасла, ибо дюжий молодец полуорк уже от калитки коротко и емко собщил:

– Не-а.

После чего удалился.

– Ну и молодежь пошла – вздохнула старушка, задвигая ногой здоровенную шишкастую дубину под крылечко, на чьих ступеньках и сидела рядом с торговым лотком – Ну и молодежь нынче… здоровые мужики иголки да нитки покупают, а про свирепых кабанов и Темный Край даже слышать не желают… эх…

Очередной и куда более важный визит полуорк Люц нанес на пляж – где последние дни вылавливал жирных и вкусных улиток.

На этот раз он прошел еще дальше, добравшись почти до внутренней крепостной стены, высящейся неподалеку от ворот ведущих в большой мир – сквозь них то и дело проходили и пробегали игроки всех рас, спеша навстречу неизбежным приключениям. Кто третьего, кто пятого, кое-кто седьмого, а вон парочка новичков достигла лишь второго уровня, но они уже рвутся прочь из мирного и тихого гнезда. Вальдира порой жестока – может и обломать еще неокрепшие крылья… может прервать едва начавшийся полет, парочку раз ткнув чересчур самоуверенных игроков лицом в грязь. Что ж, им это только на пользу.

Рядом со стеной, буквально впритык к древней каменной кладке из чудовищно массивных блоков, приткнулся небольшой выцветший тент. Под ним – соломенное ложе, пара деревянных ящиков с нехитрыми пожитками, на самодельном низком столике глиняная тарелка с остатками каши, там же пара кусков серого хлеба и бутылок с водой.

Владелец скарба и тента находился рядышком, сидя на отшлифованном волнами валуне и опустив босые пятки в набегающие волны. Мужчина лет сорока, может чуть больше, с длинными, ниспадающими до лопаток ярко рыжими волосами. Острое подвижное лицо и чуть заостренные уши дополняли его облик, делая крайне похожим на рыжего хитрого лиса. Вот только лисы хоть и умны, но им несвойственно сидеть на берегу, разложив на платке поверх коленей пригоршню камешков и, лениво перебирая их, выбирать самый подходящий, после чего бросать его в океан.

Причем с такой силой, что очередной снаряд по дуге улетал далеко-далеко, до самой выступающей из воды стены, падая там, где глубина уже достигала солидной величины.

Он всегда был здесь – человек с хитрым лисьим лицом. Или не человек. Слишком уж изящного он был телосложения, слишком заостренные у него уши.