Сквозь вражеский строй

Вот это мощь удара!

Бревно расщепило, во все стороны разлетелись обломки копья и дерева, тогда как противник усидел в седле и, даже не думая спешиваться, уходил в сторону, подняв правую руку к небесам.

Сверкнуло… несколько впечатляющих разрядов молнии… и в подставленную рыцарскую перчатку упало новехонькое копье с листовидным наконечником, окутанным слепящими зигзагами электричества.

– Млин! – с некоторым даже восхищением выразился я, со злобной радостью высаживая на пути конного врага сразу целую рощу колючего терновника.

Боевой конь не дрогнул, смело вломившись бронированной грудью в шипастые заросли и … с легкостью проломив их. Я не заметил снижения здоровья ни у скакуна, ни у всадника, а скорость если и замедлилась, то совсем немного.

С паническим воплем я завалился на спину, пропуская над собой гудящее от электрической мощи копье – эта рыцарская падла метнула его! Как вообще можно метнуть трехметровое копье?!

– Отродья! Нечестивцы!

– Ур-род! – заорал я в ответ, обрушивая на проламывающегося сквозь терновник врага дополнительные растительные путы и лед.

 – Отходим, Орбит! Отходим! С таким уровнем его долго ковырять будем!

– Конный спец! – согласно крикнул в ответ эльф, посылая в атаку следующих призраков. Мощная фигура краббера заняла позицию перед головой пятящегося мамонта, чуть в стороне замер рычащий Тиран, коего я пока не желал посылать в бой. Выжидаем, выжидаем…

Конный спец – согласен с выводом.

Игрок прошел узкую специализацию. Скорей всего, по рыцарскому направлению. И теперь он, можно сказать, слился со своим боевым конем в единое целое. Ему доступны куда более сложные приемы и умения, пока он сидит в седле. Он управляет скакуном практически одной только силой мысли, да и сам конь получил немало мощи благодаря специализации хозяина.

Нам противостоял самый настоящий конный рыцарь. Быстрый, бронированный, сильный. Крайне умелый. Ожесточенный и дерущийся так, будто защищал родину-мать, а в нас видел оголтелых фашистов – столь дикой злобы я еще не видывал.

Шлем без забрала, открытое лицо с русой бородой жутко искажено от ярости. Зубы сцеплены, складка между нахмуренными грозно бровями так глубока, что там можно братскую могилу для муравьев устроить.

– Презренные еретики!

Круто завернув коня, воин метнул еще одно копье и на этот раз метил не в меня, а в цель покрупнее.