Пароход

Да и о чём было говорить незнакомым людям? Они покинули населённый пункт, и возница повёз Алябьева и Дюрана на отдалённый хутор, где им должны были устроить переход через границу. Телега не поезд, поэтому ехали долго, дремали, и добрались до нужного места только к наступившему вечеру.

Не доехав до хутора полсотни метров, возница сказал:

– Приехали, господа. Слезайте. Дальше сами топайте… Но, как подойдёте к калитке, сразу не заходите. Дёрните за рычаг три раза и ждите. Вашего проводника зовут пан Ковальский.

Он развернул повозку и потрусил обратно. Путники осмотрелись: хутор стоял на пологой возвышенности. Его строения опоясывала не какая-нибудь там изгородь, а плотный забор, что было не характерно для таких хуторов. Перед ним и по бокам расстилались поля, сзади лес, как надёжный тыл. Единственная дорога, проходившая вдоль хутора, убегала куда-то вдаль. С оборонительной точки зрения место замечательное. Достаточно справа, слева и на самом хуторе поставить по станковому пулемёту, так надумаешься его без артиллерии брать, если, конечно, лесом не обойти.

Но это с военной точки зрения. С гражданской – недостаток. Если что случится, пожар, например, так помощи ждать неоткуда: ближайшая деревня минимум в трёх километрах. И что это пана Ковальского сюда занесло? Ведь тоска же здесь дремучая, особенно зимой. Разве что он волк-одиночка, или разве что работа у него специфическая – нелегалов через границу переправлять.

Алябьев и Тибо подошли к забору и остановились у ворот с калиткой.

Действительно, с правой стороны от неё маленьким коромыслом торчал железный рычаг. Сергей Сергеевич дёрнул его три раза и тут же из-за забора раздался лай цепного пса, словно конец того рычага был привязан к его хвосту. Но лай был не нападающим – предупреждающим: тормози! Не ищи себе проблем!

Тибо приник к щёлке в заборе и шёпотом заметил:

– Мсье! Какой здоровый пёс. Больше волка, Загрызёт запросто. Хорошо, что он на цепи.

– Тс-с! – прервал француза Сергей Сергеевич. – Не забывай, что ты немой!

Калитку открыл коренастый пожилой мужчина лет шестидесяти с седыми усами.

– Витай, дзядку! – поздоровался с ним Алябьев, назвав мужчину «дедушкой», как было условлено вторым основным паролем.

– Джень добры, внук, – ответил мужчина, хотя уже и стемнело, но пароль есть пароль.

– Пустите переночевать, дедушка. Заблудились мы с приятелем, – это по-русски.

– Проше вейщч. Ест ещче два вольнэ мейсцэ. (Входите. Есть ещё два свободных места).