Хранители хаоса

Я правильно вас понял?

– Я уже все сказал. Ваша цивилизованность – лишь фикция. Все мы, все люди и другие расы, живем по одному закону – Закону Хищника. Отличие меня от вас только в том, что я понимаю это, а вы – нет. Остальное вами выдуманное – чушь, предназначенная для слабаков, – тихо вымолвил некромант.

– Не буду с вами спорить, это вне моих обязанностей. Но вынужден сообщить, что в данный момент вы находитесь на территории Людвина. Здесь законы соблюдаются и надлежащим образом исполняются, поэтому вы будете осуждены именно по ним.

И в данное время вы понесете кару за то злодеяние, которое безрассудно совершили несколько дней назад. – Голос судьи был холоден и в некоторой степени надменен. – И посему объявляю: согласно закона Людвина «О преступлениях и вредительстве» за хладнокровное убийство особы дворянского происхождения герцога Минрура Вайка Третьего вы приговариваетесь к смертной казни через четвертование и последующее сжигание. Принимая во внимание то обстоятельство, что вы являетесь магом и, более того, некромантом, ваш прах будет разделен на несколько частей и закопан на разных кладбищах во избежание вашего случайного или умышленного воскрешения.

Слушая приговор, Нондер не выдавал никаких эмоций, кроме усталости и злобы. Его осуждали за убийство уже в шестнадцатый раз, за умерщвление особы дворянского происхождения – в четвертый, приговаривали к смертной казни – в седьмой. За ним охотились тайные службы королевской безопасности трех государств, его выслеживало пять ассасинов и один отряд вольных наемников.

Если бы кто и мог испугать его смертью, то уж точно не судебный приговор королевства Людвин и не этот толстяк с глазами сонной собаки.

– Вам понятен приговор? – спросил судья, глядя на Нондера с деланным безразличием.

Некромант лениво кивнул.

– Приговор вступает в силу отныне и навсегда. Казнь состоится через час на Площади Висельников. – Теперь судья обращался к собравшимся в зале зевакам. – Прошу не приводить маленьких детей и слишком мнительных девиц.

«Слишком быстро тут все у них, – проскользнула мысль у Нондера. – В Бикмере мне хотя бы дали один день».

Судья поднял молоточек над блюдцем, чтобы провозгласить окончание судебного процесса, как дверь суда вдруг распахнулась. Теплый ветер влетел в зал, словно подгоняемый чьим-то усилием, и обдал лица всех присутствующих пылью. В зал вошел высокий человек в голубой мантии, на спине и груди желтыми нитями был вышит герб, изображающий башню под куполом.