Котик Бу-Бу

Мощнейший толчок – воздушное судно встретилось с землёй – взрыв, огонь, смерть.

Взрыва Егор не услышал. Уши не успели среагировать. Кресло Егора вместе с ним выкорчевало из салона, пронесло сквозь стену огня, отбросив на триста метров прямо в объятья пушистых зарослей кустарника, растущего на опушке ельника, сослужившего службу естественного амортизатора. Из всех 254 пассажиров, летящих на борту самолёта, выжил один Егор.

– Млять! Здесь же камеры повсюду, – сокрушался Ритуз, член той же преступной группировки, что и Егор.

– Что??? – с претензией на косяк протянул язык парень, имевший погоняло Слон, с разбитыми в кровь щами.

– Да ничего, – осадил Слона Егор. – Это они на войну вышли, а не мы.

Егор кивнул на лежащих под ногами четверых быков. Он с пацанами возвращался со встречи, приехал в любимый кабак обмыть удачную сделку, а их уже ждали. За мгновение до нападения Егор увидел, что их ждёт: он выстрелил первым, за ним среагировал Ритуз, ну а третьим к расправе подтянулся Слон.

Повезло, что наехали на них не штатные киллеры серьёзных конкурентов, а молодая шпана, решившая на них авторитета подзаработать. Как ломились кучей, паля в направлении врага на удачу, так все вместе и полегли, ничего не добившись дурной борзотой своей, кроме крестов на муниципальном кладбище.

Пришлось Егору лечь на дно. Объявляться в группировке он не стал. Ещё неизвестно, как их лидер на инцидент посмотрит. Зная его, Егор опасался, что Монах усмотрит в их действиях угрозу, прежде всего, для себя.

Значит, существует очевидная вероятность быть прикопанным вместе с Ритузом и Слоном в одной уютной братской могиле где-нибудь в лесу. Пускай эти два – Ритуз и Слон – поехали к Монаху за помощью, он будет действовать сам. Первый месяц он провёл на хате у приятеля, выходя на улицу раз в неделю за продуктами, пока к другу не приехала девушка. Шведские семьи на российской почве как-то не прижились, пришлось Егору искать убежище в другом месте.

Деньги у Егора заканчивались, он был вынужден пойти на риск – навестить свою любовницу, в квартире которой хранил сбережения, для верности отстёгивая ей процент за услуги предоставления домашней банковской ячейки. Сейф хоть и вмонтирован в стену, но при желании, если наплевать на угольки алчности, тлевшие в сердце всех людей, тебя может ждать неприятный сюрприз. Так что – любовь любовью, а денежки врозь.

При выходе из подъезда его ждали.