По ту сторону тени

Казалось даже, что качели раскачиваются сами собой, помимо моей воли и без моего участия. Потом я заметил, что мои качели раскачиваются в такт качелям девочки. Она раскачивалась с легкой улыбкой на устах, не сводила с меня взгляда и бросала мне немой вызов. Я отчетливо чувствовал его.

Девочка раскачивалась все сильнее. Вместе с ее качелями так же стремительно раскачивались и мои, словно они были связаны друг с другом невидимой нитью. Я крепко держался за цепи. Мне стало жарко, а потом вдруг родилось предчувствие.

Я ощутил тревогу, но сперва, по ошибке, принял ее за собственный страх. Уж слишком сильно я раскачивался. Бабушка по-прежнему ничего не замечала. Земля, песочница, горка, верхушки деревьев, небо – все по очереди мелькало у меня перед глазами.

Потом страх ушел, а предчувствие осталось. Я откуда-то знал, что спустя некоторое время где-то поблизости с кем-то, кого я знаю, должно произойти нечто очень плохое. И снова страх мерзкой липкой волной с головой накрыл меня. Я испугался так сильно, что закричал:

– Бабушка! Бабушка!

Бабушка услышала мой зов.

Она обернулась и отчаянно всплеснула руками, увидев, что я раскачиваюсь без нее. Бабушка тут же забыла о своей знакомой, бросилась ко мне и с трудом остановила мои качели. Она хотела отругать меня, но едва ее взгляд скользнул по моему лицу, как губы ее дрогнули и на них застыли готовые сорваться слова. Она заметно побледнела.

А я рвался с качелей на землю и кричал не своим голосом:

– Бабушка, миленькая, скорее, сейчас с этой девочкой случится что-то очень плохое! Бабушка, миленькая, помоги!

Слова вырывались помимо моей воли.

И тогда я понял, что боюсь не за себя, а за девочку. Бабушка растерянно обернулась.

– Ну что ты, внучек, что может случить…

Ее прервал пронзительный высокий крик, перешедший в визг, от которого внутри меня все похолодело. Иногда мне кажется, что я до сих пор слышу его по ночам, во сне. Я не видел, что происходит. Бабушка загораживала обзор. Когда я попытался выглянуть из-за ее спины, она резко повернулась ко мне и крепко схватила меня за плечи.

– Не надо туда смотреть, не смотри туда, – торопливо пробормотала она, глядя на меня стеклянными, серьезными глазами.

– Почему? С девочкой что-то случилось? Что-то очень плохое?

Бабушка не ответила. Она развернула меня и, подталкивая перед собой, увела прочь с площадки.

102

Ту девочку я снова увидел через два дня. Оказалось, что она жила в соседнем доме.