Карфаген 2020. Восхождение

Ты как?

Пока девочка жалуется, осматриваю комнату, замечаю четыре замаскированные камеры, фокусирую взгляд на пациентке:

Дариэлла Гискон, 12 лет

Уровень 5, ступень 5.

Физическое развитие: 10.

Духовное развитие: 7.

Делаю дополнительный запрос о причине заболевания.

Здоровье: 3

Острый лимфобластный лейкоз, спровоцированный агрессивным ментальным воздействием

Прогноз: неблагоприятный.

Мысленно спрашиваю у программы, могу ли я ей помочь.

Вероятность благоприятного исхода – 0 %, результат деятельности: ремиссия, рецидив через 32 дня, для нейтрализации агрессивного ментального воздействия необходимо получить третий осколок Сферы познания.

Силуэт девочки начинает тускло светиться, и я замечаю черное копье, будто бы сотканное из дыма, вонзившееся в ее грудину. Агрессивное ментальное воздействие. Вспоминаются слова гемода Сандрино о том, что Гамилькар Боэтарх умеет насылать болезни, и он желает моей смерти. Боэтарх охотился за Элиссой, не зная, что она его дочь, чтобы заполучить благословение Танит, но оно досталось мне.

Со мной Танит и Шахар, с ним, соответственно, Ваал – бог официально разрешенного культа. Естественно, происходящее со мной не ускользнуло от внимания сверхсущности, и Ваал, уловив исходящую от меня опасность, одарил самого ревностного своего последователя.

Посмотреть бы на Боэтарха в реале, хотя бы издали.

Мысли разбежались, с трудом собрал их в кучу, чтобы обдумать возникшую проблему. Если скажу, что девочку не спасти, и я могу лишь временно улучшить ее состояние, Гискон подумает, что я не хочу ее исцелять сразу, чтоб держать его на коротком поводке. Если соврать, что вылечу, за месяц получить третий осколок, а потом довершить начатое… А вдруг опять не получится? Вдруг Боэтарх усилится и добьет ее? Тогда я лишусь покровителя в лице Гискона и получу могущественного врага.

Но почему Боэтарх убивает девочку, а не самого Гискона? Или «насылать болезни» может кто-то еще? А что, если эту способность обретет любой ревностный служитель культа?

– Ну что? – нарушает Эйзер затянувшееся молчание.

Обвожу взглядом комнату и говорю:

– Тут везде камеры. Нужно место, где глушатся сигналы. Есть такое поблизости?

– Откуда… – протянул Гискон и махнул рукой. – Понял, не отвечай. – Он погладил дочь по бледному лбу рукой в перчатке. – Я скоро вернусь, Дари.