Незваные гости, или Два кота против ста

Всех убедил Армандо, всем пообещал заслуженное, всех принял в Семью…

Каждый неофит, вступающий под покровительство богини Киси, должен был при посвящении сдать экзамен на знание трех правил.

Правило номер один – чтить Кисю. Полный текст восхваления звучал так: «О, Кися! Великая Богиня солнца, Премудрая Мать котов и кошек, Милосердная Кормилица голодных, Справедливая Защитница слабых и Вечная Хранительница радуги, мы славим тебя! Сострадание твое бескорыстно, доброта бесконечна, а любовь – всепрощающа! Спасибо за дарованную тобой мудрость распознать братьев истинно наших в толпе серой, спасибо за оказанное тобой доверие в делах наставления душ заблудших на путь единственно верный, спасибо за данную тобой возможность служить тебе верой и правдой, спасибо за великодушное разрешение восхвалять тебя, воспевать тебя дни и ночи, ночи и дни! Спасибо! Спасибо! Спаси-и-ибо!»

Правило номер два пресекало всяческие посягательства на авторитет лидера и звучало так: Армандо всегда прав!

Третье правило призывало к порядку внутри сообщества: Всякий, внесший смуту в устои Семьи и предавший дело Великой богини Киси, подлежит незамедлительному изгнанию, проклятию и забвению.

Существовали и другие, негласные, правила, но их Армандо выдумывал уже на ходу, ссылаясь на волю богини. И никто не спорил, ибо правило номер два гласило: Армандо всегда прав!

И вот теперь он жует жирную колбаску, смотрит на скрипящую сухарями паству и радуется жизни.

Как там в песенке лисы Алисы и кота Базилио: «Покуда есть на свете дураки, обманом жить нам, стало быть, с руки»?

Абсолютно верно!

***

Кошка перепрыгнула со столба на крышу дворовой постройки и скрылась в огороде, Тимоха с воплями помчался следом, а Барсик погрузился в размышления о том, на кого из известных храбрецов он хотел быть похожим.

Как говорится: равняйся на лучших!

Мысли унесли его в глубину веков, в Древнюю Грецию – кузницу героев всех мастей.

Вот Геракл, например. Один из известнейших храбрецов античности и достойный пример для подражания.

Двенадцать подвигов все-таки… Стоп! Не все так просто! Геракл был папиным протеже, а папа его – мама, не горюй! Не какой-нибудь дядя Вася из пивной, а сам бог-громовержец Зевс! Да и мать, Алкмена, хоть и смертная, но тоже не тетя Дуся из прачечной, а дочь царя. При такой родословной и поддержке он, Барсик, совершил бы не двенадцать подвигов, а все сто двенадцать!

Вычеркиваем!

Ахиллес.