Рыцарь-Инженер. Книга третья

 – Эсток, выкладывай давай, над чем вы тут веселились?

– Всему своё время, – я по возможности задумчиво посмотрел в окно. – Следуйте за мной, дамы и господа.

Взяв супругу под локоток, я неспешно возглавил процессию к комнатам, выделенным нашему геройствующему японцу.

Оставив кавалергардов и гвардейцев охранки за дверями, дабы совсем уж не смущать преступника и потерпевшего, мы дружно ввалились в спальню Таро. Картина, представшая перед нашими глазами, была достойна… ну, как минимум использования её в какой-нибудь второсортной комедийной постановке в заштатном разъездном балагане.

Всё свидетельствовало о свершившемся здесь недавно ужасном преступлении. И развороченная, перевёрнутая, разворошённая кровать со взбитым одеялом и раскиданными подушками, в центре которой, замотавшись в простыню, сидела насильница, удивлённо хлопая чуть раскосыми глазищами.

По полу были раскиданы предметы мужского и женского гардероба, местами даже порванные. Чайный столик оказался перевернут, а фрукты из разбитого фарфорового блюда раскатились по всей комнате.

В то время как несчастная жертва, обхватив обнажённые плечи, сидела, поджав колени к груди, спиной к нам в самом дальнем и тёмном углу, периодически вздрагивая от беззвучных рыданий, сверкая голым молочно-белым задом.

– М-да… картина в общих чертах ясна… – сурово кивнул я. – Что ж, факт преступления, на мой взгляд, налицо! В данной комнате без сомнений было совершено злостное деяние, и последствия его должны соответствовать духу и букве закона нашей страны! Что скажешь, сестра? Какое наказание предусмотрено у нас для насильника?

– Вот зачем над ними издеваться? – тихо прошипела супруга, легонько ущипнув меня за руку.

 – Посмеялись – и ладно…

– Так надо… – также тихо буркнул я.

– А? Но меня не… – всё ещё ничего не понимая, восточная танцовщица уставилась на нас.

– Обвиняемая! – грозно произнёс я, нахмурив брови. – Вам пока что слова не давали!

– Обвиняемая? – удивлённо ахнула девушка, широко распахнув глаза.

– Да! В соответствии с показанием свидетеля, – уверенно кивнул я, хлопнув по спине Сабера и чуть подтолкнув его вперёд.

 – По его словам, леди, именующая себя Изиллиийя, снасильничала над вьюношей Сером, именующимся Гербертом, находящимся в тот момент в состоянии душевного расстройства, что и было сообщено вышестоящей инстанции, то бишь мне.

Всхлипы из тёмного угла резко оборвались, и геройствующий японец слегка повернул к нам голову, явив свету покрасневшие глаза и припухший нос.