Обитель

Её компаньонка уселась с такой же хмурой рожей, только руки закинула за голову. – В общем, выбирай, Карина. Карина? Так… – упирая руки в боки, Гаер посмотрела туда, куда смотрела Карина. – Слышьте, куры, – обращаясь к двум агрессорам, заговорила Гаер. – Опять дедовщину устроили?

– Да какая дедовщина, – отмахнулась грубиянка. – Просто хотели пообщаться. А у этой мыши ни манер, ни гордости.

– Так и было, – поддакнула её соседка.

– Знаю я вас, – хмыкнула Гаер. – Одна хулиганка, другая подлиза, – с этих пор Карина решила называть вторую девушку именно так – подлиза.

 – Вечно новеньких запугивают, ведьмы, – пригрозив девушкам кулаком, сказала Гаер. – Вы Кариночку не трогайте, она мне симпатична.

– Даже так? – хихикнула подлиза.

– Всё, завалитесь, пока я Уголь не позвала.

Девушки переглянулись и решили всё-таки остановить завязавшуюся перебранку. Хотя в глубине души наверняка затаили обиду.

– Вот, – Гаер рухнула на край кровати, указывая рукой на одежду. – Выбирай, подруга.

Карина нерешительно взглянула на предложенную одежду. Выбор был весьма внушительным, но на скромный вкус Карины – наряды оказались чересчур броскими. Из всех тряпок она подтянула к себе серые свободные джинсы и светлую вельветовую рубашку, которую тут же накинула на свои голые плечи. Из своей одежды на ней осталась только майка и нижнее бельё. После этого Карина надела штаны и поблагодарила Гаер своим коронным немым кивком.

– Ты вчера бред несла, – поделилась с девушкой Гаер. – Так Сахар сказала.

Наркотой не балуешься?

– Нет, – резко заявила Карина. – Никогда. И не планирую. А что?

– Да странная ты была, говорю. Ну, со слов Сахара. Непонятное бормотала, за голову хваталась. Правда тебя никто, кроме Сахара, так и не увидел. Она тебя быстро в комнате спрятала.

Карина не смогла придумать внятного оправдания. Тем более она сама этого не помнила, как и не помнила в принципе, в какой момент вошла в Обитель. После неожиданной встречи с Волче в подъезде все воспоминания как водой смыло.

Ну вот, стоило подумать о Волче, как Карина снова начала злиться.

– Стресс от родительского воспитания, – сообщила Карина, поднявшись с кровати. Она отыскала свой рюкзак и резко бросилась к нему, вытряхивая всё содержимое на кровать. Сердце в её грудной клетке забилось чуть быстрее. Внутри были наушники, телефон, тетради. К счастью, ключ от ящика в её комнате до сих пор болтался на груди. Но таблеток и диктофона нигде не было.