Кинематографика любви

План был простой – в конце каждого абзаца написать: рыжие тараканы, африканские тараканы, черные тараканы и так далее. Но, возвратившись из небытия, Емельян изменился. Он бросил пить. И переименовал газету. Теперь она называлась не «Сибирь», а «В Сибири тараканов нет» и стал писать только о тараканах, которых нет, о целых племенах, о тысячелетиях жизни тараканов, которых нет, о великих тараканьих войнах, которых нет. Он стер с лица Сибири не только тараканов, но их историю, до основания, до их появления на белый и чистый сибирский свет.

Переписать это тараканам было уже не под силу. Возможно, с чьей-то помощью они и могли бы все исправить, но к кому обратишься, когда, попадая в Сибирь, все забывают о твоем существовании, так, как будто в Сибири тараканов нет.

ТЕАТРАЛЬНЫЙ РАЗЪЕЗД

И рассказать бы Гоголю

про нашу жизнь убогую.

В. Высоцкий

Петровы снова озаботились образованием сына и вызвали учителя музыки – православного паренька, живущего в католическом храме и вырезающего из дерева какую-то хреновину для архиепископа с гербом и вензелями.

– Это баран или овца? – спросила его Алевтина, разглядывая эскиз.

– Это бык! – обиженно ответил Илюша и ушел настраивать электронный орган.

Алевтина ему не нравилась, вопросы кощунственные задавала: устраивают ли служители храма тайные обряды, собираются ли по ночам, когда в костеле никого нет… Странные фантазии.

Алевтина, напротив, радовалась, что Илюша теперь в храме живет, потому что там есть душ. Чувствовалось, что учитель музыки регулярно моется, и хотя Алевтина стелила покрывальца везде, прежде чем усадить гостя, была спокойна: сублимированный запах созревающего мужчины не въестся в стены и мебель, как в прошлом году.

Илюша, казалось, возмужал, но голос звучал тоньше, писклявее.

И стал он, наконец, божьим человеком – жадненький до еды, глазки бегают, и жиденькая бороденка трясется, и не бороденка даже, а три торчащих в разные стороны волоска.

Прошлым летом в нем еще туманился романтический сплин. Сидел Илюша на распутье под ивовым кустом, в озеро голубое глядел, чайками любовался и симфонии в голове проигрывал. Тогда и познакомился он с Петровыми.