Моя вторая новая жизнь, или Связаны одной нитью

Он на меня как-то странно посмотрел, как будто с улицы зашла пациентка.

– Эль, ты в порядке? Мы всё таки не чужие люди, у нас все на взводе, ты как пропала ни слуху ни духу о тебе, отец совсем плохой, всё время говорит о тебе. Скоро совсем крыша от нервов уедет.

– Саш, я ни черта не помню… – тяжело протянула я.

– Как не помнишь? Ты же меня по имени назвала и внешность ведь вспомнила когда я тебя увидел.

– У меня бывают вспышки, в начале по крупицам всё вспоминалось, а теперь всё чаще и чаще.

Сегодня просто день открытий. А тебя я вспомнила только потому, что ты мне снился, мы операцию проводили вместе, помнишь девочку собака погрызла? А так больше ничего помню, мимолетные вспышки. – я глубоко затянулась и закашлялась, голова пошла кругом, выпила кофе и опять затянулась, клин клином, как говорится.

– Да мать, не узнаю я тебя, что совсем от сигарет отвыкла?

В дверь постучались, протиснулась голова и громким голосом спросила:

– Александр Александрович, я тридцать четвертую палату закончила, там вас зовут родственники, – Эльвира…Александровна? – глаза медсестры округлились до безумных размеров.

– Мань, я это я, успокойся и не болтай на перекурах, жива и здорова, в отпуске немножко задержалась. Телефон посеяла, вот меня и потеряли.

Дверь захлопнулась со страшной силой, ну всё, теперь неделю буду отбиваться от слухов.

– Эль давно у тебя потеря памяти?

– В сознании я две недели, приютила одна бабуська, потом начались все эти сны и проблески, я и начала искать больницу.

Я умостилась за своим столом, документы аккуратно сложены ровными стопочками, в белоснежном кресле можно было валяться часами, в футляре лежит стеклянная ручка с плавающими камушками внутри, это подарок, но не помню от кого. Странно. В рамке стояла фотография, я красивая и жизнерадостная, в роскошном синем платье, в обнимку с Сашкой с одной стороны, а с другой красивый, но уже слегка поседевший мужчина, у ресторана с оригинальным названием «АртВиль».

Повернула фото к Саше, он вздернул брови в немом вопросе.

– Мать ты видимо очень сильно приложилась головушкой, всплывают в снах такие не значительные фрагменты, а этого человека ты что не помнишь? Это отец наш.

– Наш? – моргнула я.

– Ну да, мы с тобой вообще-то родственники.

– На сколько близкие? – потупила я свои черные глаза.

– Ближе блин не куда. Я вообще-то брат твой, родной.