Абсолютный узник

Одновременно с этим, изменилось и зрение. Зрительное поле сузилось и у него появились четкие границы, как если бы он смотрел в бинокль, а цвет значительно ослабел.

«Ну, вот! Как же я распознаю цвет флага?» – подумал Антон. И в этот момент Петровский нажал большую белую кнопку.

А через минуту произошла катастрофа.

Когда мы слышим слово «катастрофа», то представляем нечто очень шумное. Дым, огонь, пыль, осколки во все стороны. Но, эта катастрофа была очень тихой. Поэтому Антон ее даже не заметил. А остальные посчитали, что это просто неприятность.

– 

Старт! – сказал Петровский, глядя на таймер.

– 

Есть матрица!

– 

Есть перемещение.

Петровский немного помедлил, посмотрел на Антона, вздохнул, и нажал белую кнопку.

На мониторе начала раскручиваться цепочка цифр, в какой-то момент она стала желтой, затем красной, и тут монитор вырубился.

Петровский чертыхнулся. Вернее – крепко выразился и возопил:

– 

Борис! Что происходит?!

– 

Не знаю, – сказал испуганный Борис.

– 

Все работает?

– 

Все работает нормально, никаких сбоев.

– Так! Говорил, чтобы второй монитор подключили, черти! Нужно было десять мониторов включить! Теперь мы как дураки – без таймера. Володя, что там у вас?

– Все нормально, нормально, – отозвался врач. – Все параметры в норме.

– Быстро тащите монитор!

В рядах исследователей произошло некоторое замешательство, затем несколько человек бегом кинулись из комнаты, а Петровский бросил взгляд на «паровой молот» и сидящую под ним фигуру Антона.

И посмотрел на другие кнопки – на зеленую и красную.

Нажать, не нажать? Хорошо, хоть стартовый пульт сделали без привязки к клавиатуре и монитору. И на что нажать? Остановить ускоритель и зафиксировать Антона в будущем? Может быть, замедлить движение? Или вообще выключить матрицу и прекратить эксперимент?

Как быть без монитора? Забрать у медиков или физиков? Нельзя. Они обеспечивают работу системы, у них масса данных, а на его мониторе, как ни крути, всего один показатель.

Плохо, что матрица ускоряется неравномерно. Скорость, со временем, как будто, растет. Да и сам процесс разгона плохо контролируется. Безалаберность! Да нет, плохая подготовка эксперимента! Монитор не зря крякнулся. Руководитель – идиот!

Вот возьмет, и уйдет вперед не на неделю, а на год!

– Как работает ускоритель?

– Активен.

– А стабильность, мощность?

– В пределах нормы… энергии немного больше берет, а так, – все как обычно.